Мир обретённый

Они теперь работали как единая команда! Джикс выпятил грудь и грозно возвестил:

— Вы больше не будете служить этой машине! Вы больше не будете бросать в неё монеты, и её имя больше никогда не должно произноситься!

Кошмарики переглянулись.

— Но... Но...

— Выполняйте, иначе гнев богов-ягуаров падёт на вас! — загремела Джил.

Джикс чуть не улыбнулся — хитрость удалась на славу! — но продолжал сохранять мрачную и устрашающую мину, неумолимым взором пригвождая к месту каждого из Кошмаров.

— Теперь все вы становитесь подданными его превосходительства, Великого Короля Срединного Царства.

— Кого? Короля чего?

— Молчать! — гаркнула Джил, явственно наслаждаясь каждой секундой этой комедии.

— Значит... — пролепетал Малыш Ричард, — есть не только боги-ягуары, но и король?

— Да, — подтвердил Джикс. — Но некоторым будет оказана милость. Тем, кто будет послушен и... принесёт королю дары.

— Какие ещё дары? — недоумевал Колотун.

— Девушка в стеклянном гробу, — ответил Джикс. — Она станет вашим даром королю.

Он замолчал и застыл в ожидании их реакции.

Кошмарам предстояло принять очень трудное решение. Сколько себя помнили, они всегда служили Вурлитцеру. Весь смысл их существования состоял в том, чтобы грабить других послесветов и слушать, что говорит Вурлитцер. Но ведь Вурлитцер не двигался, не исчезал и никому не угрожал, как этот сын богов-ягуаров. По сути, Вурлитцер вообще никогда ничего не делал без монеты. Так что в этом у Джикса было преимущество. И хотя послесветы по самой своей натуре сопротивляются переменам, они вполне в состоянии приспособиться, когда того требуют обстоятельства.

Колотун оглянулся по сторонам, оценивая реакцию Кошмаров на ультиматум. Никто не встал на защиту Вурлитцера. Колотун, говорящий теперь от имени всех, принял решение. Он повернулся к Джил:

— Что мы должны делать?

* * *Как только Джикс отдал распоряжения, Кошмары незамедлительно приступили к делу. Они всё же были солдатами, привычными выполнять приказы. Джил была в восторге — она стала командиром!

Первым делом надо было вынести Вурлитцера из общего помещения. Джикс приказал поставить его в кладовку, заваленную старыми сёдлами. Колотун, отчасти раскаивающийся в том, как он обращался с Джиксом, возглавил команду носильщиков, и за считанные минуты машина из бога превратилась в хлам.

— Знаешь, за всё это время проклятый автомат не сыграл ни одной из моих любимых песен, — сказал Колотун, после того как Вурлитцер переехал на новую квартиру. — Хорошо, что ты отправил Авалона наверх.

Джикс надеялся, что в отношении Вурлитцера оправдается старая пословица: с глаз долой — из сердца вон. Так оно и случилось: Кошмары принялись стирать с физиономий светящуюся боевую раскраску, и юноша-ягуар понял, что машина окончательно побеждена.