Мир обретённый

Она приготовилась разбудить свою хозяйку, но за секунду до этого Сет сказал:

— Так кто же вы?

Алли хотела было сказать, что это неважно, но знаете что? Вообще-то это важно, это очень даже важно. Ей не нужна слава на весь мир, но пусть этот парень знает, кто ему помогает.

— Моё имя Александра Джонсон, — сказала она и добавила: — Я нездешняя.

* * *Алли и сама не знала, почему это так для неё важно. Наверно, это было как-то связано с чувством беспомощности, которые она испытала, будучи привязанной к паровозу. Несправедливое лишение свободы задевало в ней глубинную, болезненную струну, особенно когда она знала, что ей вполне по силам предотвратить эту несправедливость. Для неё этот панк стал олицетворением каждого из Мэриных детей — детей, лишённых права двигаться дальше. Освобождение Сета станет не просто вызволением невинного человека из тюрьмы, оно станет чем-то бóльшим, но чем?.. Алли не могла пока объяснить.

Но она знала, что это ещё не всё. Мысль о том, что здесь кроется какая-то тайна, постоянно шевелилась где-то на задворках её ума. Надо бы об этом подумать, но не сейчас. Пришло время действовать, а не размышлять.

Теперь Алли была даже рада тому, что на время оказалась во власти койота — этот опыт показал ей, что она не всесильна, что ей не всё по плечу. Ведь дар скинджекера может даже из самой скромной личности сделать наглеца, уверенного в своём всевластии. В том, что он знает всё, сможет справиться с любой ситуацией, проникнет в любой ум. В том, что он и судья, и присяжный, что его понимание ситуации — единственно верное и он имеет право осуществлять своё собственное правосудие. Ни один человек на свете не должен получать такую власть! И тем не менее скинджекеры ею обладали. Алли понимала, что ей необходимо сохранить в себе хотя бы кроху того смирения, что она испытала, будучи койотом — вот тогда ей наверняка удастся распорядиться своей властью достойно и мудро.

В тот день Алли не ушла из изолятора. Она ждала на одном из мёртвых пятен — здесь их было множество, как и во всех подобных заведениях. Девушка наблюдала за передвижениями охранников. В нескольких она даже незаметно проникла, чтобы изучить процедуру открывания-закрывания ворот и дверей.

Сет сидел в одиночке, подобно всем самым отъявленным злодеям. Единственный выход оттуда был через главный корпус. При любых передвижениях в пределах изолятора узника всегда сопровождали два стража. Алли могла бы скинджекить одного из них, усыпить, потом перейти в другого и сбежать с Сетом, но из этого вряд ли бы что вышло посреди переполненного народом тюремного корпуса, в особенности когда каждый зек так же пламенно желал линчевать Бенсонову Горелку, как и добропорядочная публика за пределами тюрьмы.