Марш обреченных

 – Валера протягивает мне пневматический пистолет. Шуму от этой хлопушки почти нет, особенно если звук выстрела глушится каким-либо другим, вроде шума проезжающей машины, а шарик, сбивший лампочку, найти значительно тяжелее, чем пулю. Тем более, если его своевременно подобрать. Черт возьми, забавно, с пятого класса не практиковался в стрельбе по лампочкам. Тихо поднимаюсь верх по лестнице. Еще один пролет, и вот заветная лестничная клетка. Стоп. Что там у нас с дверными глазками? Вот оно что! Великолепно. Вместо глазка в двери напротив – объектив камеры. Лучше пожалуй было установить его в квартире, что напротив лестницы. Обзор был бы удачнее. Ну, да нам это только с руки! Я становлюсь на колено в углу площадки. Нельзя высовываться раньше времени. Не хватало еще, чтобы кто-то из сидящих по соседству наблюдателей заметил мою тень. Мимо, как гренадер по плацу, марширует майор Пластун. Если даже орлы остроглазые у монитора задремали ненароком, то от такой железной поступи они наверняка проснутся. Валера подходит к двери. Отмычка мягко, без скрежета, входит в замочную скважину. Давай, второй, давай. Еще минуту, и эти тоже спекутся.

Щелчок. Дверь поддается. Все, мой напарник в квартире. А вот и друзья народа! Трое молодых да резвых выскакивают из квартиры напротив и бросаются по свежему следу. Молодцы! Гвардейцы! Где вас только обучают? Добычу почуяли! Наверняка даже на стреме никого не оставили. Блюстители законности, маму вашу!

Запомним вас такими молодыми и улыбающимися. Хлопок. Хана очередной лампочке. Стычка на лестничной клетке напоминает драку глухонемых. Нам шуметь не подобает, а наши противники от неожиданности произнести ничего не успевают."

"Антракт. Всем отдыхать!

– Хорошие ребята, – шепчет Валера, проверяя клиентов на предмет наличия дыхания. – Запасливые. Даже наручники с собой захватили.

Следующий ход: затащить отдыхающих в глубокой отключке оперов в квартиру Рыбакова. Подарок от Деда Мороза! В сумме с распахнутым сейфом, эта троица – неоспоримое свидетельство нашего деятельного присутствия. Вот и славно. Свидетельство есть, а следов наших практически нет. Вот повеселится следственная бригада, разыскивая наши пальчики. Впрочем, завтра одними из первых здесь будет Андрей Стрельцов из генпрокуратуры и я от лица контрразведки.

Итак, до завтра. А сейчас пора удалиться по-английски, не прощаясь. Делать нам здесь больше нечего. Мы свое уже отработали.

Минут через двадцать, от силы полчаса, хозяева квартиры, в которой располагалась засада, начнут волноваться, куда запропастились их постоялицы, и, хотя дверь квартиры Рыбаковых заперта, а за нею – тишина, бдительные жильцы запросто могут удариться в панику и вызвать наряд. Это худший вариант.