Обреченные стать пеплом

Достаточно пережившая, чтобы устать от жизни, достаточно уставшая, чтобы задумываться о преждевременном отдыхе…

Не доехав ста метров до дома Коко, который когда-то снимала напополам с Нат, я потушила мотор и вышла из своей машины. Весь день на улице стояла пелена из мороси, а к вечеру от земли начала подниматься прозрачная туманная дымка. Идеальные условия, чтобы увидеть на нашей улице Белую Даму, когда-то задушенную здесь своим ревнивым мужем. Но я пришла сюда не за этим…

Закурив сигарету, я остановилась на тротуаре возле родительского дома и посмотрела на стоящий рядом дом Генри. На втором этаже в детской комнате горел свет. Грета родила первого августа. Мою кузину, как и хотели изначально, назвали Камелией. Я их до сих пор не поздравила. Думала, что они сегодня придут на день рождения Мартина, но у Камелии начали резаться зубы, как это обычно бывает у младенцев её возраста, отчего у неё даже поднялась температура, так что прийти они не смогли..

Изначально я пришла на эту улицу специально чтобы повидаться с любимым дядей и убедиться в том, что он и вправду счастлив так, как это описывала мне Пандора, но простояв на тротуаре без единого движения пять минут, докурив до конца сигарету и понаблюдав за светящимся окном детской спальни, я вдруг поняла, что не сегодня…

Развернувшись, я уже хотела сделать шаг в сторону своей машины, но дёрнулась от того, что увидела стоящего на тротуаре, всего в каких-то десяти шагах от меня, отца.

– Снова начала курить? – глухо поинтересовался он. Вместо ответа, я вытащила изо рта уже докуренную до фильтра сигарету. – Это я виноват, что не предотвратил ваши с Мишей вредные привычки. Она связалась с наркотиками, ты стала сильной… Прогуляемся?

Ничего не добавив, отец развернулся и зашагал в сторону своей мастерской слишком медленным шагом, так что я смогла нагнать его всего за пару десятков своих шагов.

За последние четыре месяца я виделась со своими родителями лишь трижды, предпочитая созваниваться с ними один раз в неделю, чтобы подышать в телефон, пока они рассказывают мне о своих жизнях. Они не обижались на то, что я избегала встреч с ними, и уже только за это я была им благодарна.

– Знаешь, почему на самом деле Генри с Гретой не пришли сегодня на день рождения Мартина? – внезапно оборвал мои хмурые мысли отец. Не дожидаясь моего ответа, он продолжил. – Спустя три месяца после рождения Камелии у Греты начала развиваться серьёзная депрессия.