Обреченные стать пеплом

В итоге мы решили начать с Вас, потому что Вы более финансово обеспечены, чем Хоулмс, да и нам казалось, будто один из малышей – Ваша точная копия, а потом выяснилось, что Гарри сейчас находится за океаном, и варианты вовсе отпали…

– Но как вы нашли мой адрес? – прищурился Роб. – Даже СМИ не в курсе моего точного места жительства.

– Кузен Дэниэла работает в справочном бюро Лондона, ему несложно было найти для нас адреса Ваших тёзок. В Лондоне Робинов Джексонов Робинсонов оказалось всего пять зарегистрированных человек, и Вы оказались единственным, чей возраст был меньше тридцати лет, поэтому мы и решили начать с адреса, по которому я Вас и нашла.

– Хмм… – Робин продолжал хмуриться. – Я не понимаю, почему Флаффи скрыла свою беременность. Она ведь знала, что, обратись она ко мне, я бы ей обязательно помог… Не знаю: выписал бы ей чек, позаботился бы о медицинском обследовании и родах…

О, нет. Робин начал винить себя в смерти Флаффи. Этого моё сердце не выдержит…

Я панически не хотела, чтобы Роб страдал, поэтому решила вступить в разговор:

– Роб, это было её решение, – я подошла к своему партнёру и положила руку на его плечо, и он с благодарностью посмотрел на меня.

– Как, разве Вы не получали от Флаффи письмá? – в который раз прервала нашу идиллию Шерри Уолш.

– Что? – вновь обратил свой взгляд на женщину Робин, и я ощутила, как он вздрогнул всем телом.

– Письмо, которое Флаффи написала после наших с Дэниэлом уговоров. Она отослала его спустя несколько недель после того, как узнала о своей беременности. Кажется, это было в конце июля прошлого года. В нём говорилось о положении, в котором Флаффи оказалась… Разве Вы его не получали?

Робина трясло уже достаточно осязаемо, чтобы я начала с силой сжимать его плечо, в своей неясной ему попытке остановить цунами вины, поднимающегося внутри его грудной клетки. Речь шла о том самом письме, которое, даже не вскрыв, Роб при мне сжёг в кухонной раковине. Это произошло задолго до того, как мы переспали. Если бы он его тогда вскрыл, всё наверняка было бы по-другому. Возможно, мы бы не переспали, возможно, он бы не сделал мне предложение стать его женой, возможно, Флаффи была бы жива…

Одна только мысль о том, что Робин счёл себя виновным в смерти той, которую когда-то (а может быть даже до сих пор) любил, заставляла мою душу обливаться кровью.

За что людям, которых я люблю, приходится проходить через такие муки?..

– В любом случае, нам необходимо сделать ДНК-тест, чтобы выяснить, чьи это дети, – попыталась внятно заговорить я, чтобы хоть как-то смягчить полученный Робом удар. Конечно же у меня не получилось. Близкий мне человек был морально уничтожен тем, в чём его вины, фактически, не было. По крайней мере я её не видела.