Обреченные стать пеплом

О том, что в Британии пресса распустила новость о свадьбе “гениального футболиста Робина Робинсона на таинственной и никому неизвестной девушке по имени Таша, которую он долгие месяцы перед свадьбой ото всех скрывал”, мои родители рассказали мне уже спустя неделю после того, как мы с Робом скрылись со всех британских радаров. Они даже показали нам страницу из глянцевого журнала – на ней я, в обнимку с Робином и со скромным помолвочным кольцом на безымянном пальце, которое Роб купил мне по дороге в аэропорт, иду держа за руку своего состоявшегося мужа. Пресса буквально атаковала Полину по данному вопросу, и она бы стойко выстояла эту схватку, если бы Робин сразу не попросил её подтвердить информацию о нашей свадьбе для журнала “Таймс”, что она, собственно, и сделала. Уже спустя полторы недели после нашей свадьбы весь мир узнал о том, что красавчик и самый желанный холостяк в британском футболе выбыл из холостяцкого марафона ради неизвестной никому девушки по имени Таша, но более того никто ничего так и разнюхал. Наши отношения, как и местоположение, оставались для всех загадкой, хотя какое-то жёлтое издательство и дало неверную наводку на то, будто нас стоит искать то ли в Марокко, то ли в Египте, в общем – где-то в недрах Африки. Вполне логично, что за эти два с половиной месяца нас никто так и не нашёл, ведь о нашем местоположении наверняка не знали даже мои родственники, а единственным хранителем нашей тайны был слишком стойкий и непоколебимый страж Полина Джорджевич, поэтому, в итоге, мы решились выйти на свет сами.

…В момент, когда мы выходили из аэропорта Хитроу, нас ослепила первая фотовспышка, ознаменовавшая начало нашего возвращения в британское общество. Было не очень приятно, но терпеть пришлось не долго – нас сразу же перехватила Полина на своём блестящем чёрном ламборджини. Встретиться с ней для меня было так же приятно, как если бы меня встречала вся моя семья вместе взятая. Не знаю как, но эта женщина за считанные часы нашего знакомства умудрилась пробить мою броню и уже после первого вечера нашего общения с неожиданной лёгкостью заполучила в свои крепкие руки моё хрупкое доверие. Возможно, это у них с Робином семейное: завязывать узлы там, где их нереально связать, создавать из праха то, что невозможно создать, и читать человеческие души так, как не могут прочесть их даже их носители.