Обреченные стать пеплом

 – Звучит как-то вульгарно, не находишь? – обратился ко мне Роб и вдруг совершенно неожиданно приобнял меня свободной левой рукой за талию.

Лишившись дара речи, я так и продолжила стоять, словно влитый в асфальт столб.

Поняв, что со мной произошёл приступ немоты, Робин, не опуская руки с моей талии, обошёл меня со словами: “Ладно, нам пора. Приятно было пообщаться…. Кстати, все свои сегодняшние голы я посвятил тебе”, – и, буквально приведя моё тело в движение, помог мне развернуться, и зашагать в сторону нашей машины, которая неожиданно оказалась в паре шагов от нас – её подкатил один из охранников Роба.

Усадив меня на заднее сиденье, Робин залез в машину следом за мной.

Как только дверь захлопнулась и наш автомобиль двинулся с места, в моих ушах разлился странный звон. На сей раз мне точно стало дурно.

Больше всего меня злила мысль о том, что я мог догадаться, но не сделал этого. Достаточно было обратить внимание на то, что однажды этот Робинсон пришёл в палату Таши в момент, когда я был там. Перед этим мы столкнулись с ним сразу после аварии – он уже успел пожертвовать для неё свою кровь. Сидел на кушетке с закатанным рукавом рубашки, покрытой пятнами крови. Её крови. Твою мать, это он вытащил её из горящего автомобиля!..

Значит, это всё началось ещё в больнице. У меня под носом. Получается ли, что этот молокосос увёл у меня мою собственность?..

В эту секунду злость разрывала меня изнутри, заставляя сжимать руль сильнее, чем это было возможно до встречи с Ташей.

Он в честь неё забивает голы… Да он просто пользуется тем, что сейчас у этой запутавшейся несносной девчонки полнейший бардак в голове! Её психологическое состояние очевидно – она даже не в состоянии выдать ответ, несущий смысловую нагрузку. Нет, она не восстановилась после выкидыша. Наоборот, она стала открыта для любого влияния со стороны, и этой стороной каким-то образом оказался не я.

Чем же я был занят всё это время?.. Убивался из-за допущенной роковой ошибки, разыскивал виновных, пытался мстить, один раз ушёл в запой – ничего не помогло. Впрочем, запоя можно было бы избежать, если бы не голосовое сообщение Таши, оставленное на моём телефоне. Я видел, что она звонит, и специально не снял трубку – знал, что человек, решившийся на побег из больницы лишь ради того, чтобы не встретиться со мной, не сможет мне сказать ничего путного. В итоге она и вправду ничего путного и не сказала:

Наивная. Вздумала, будто вольна решать быть ей со мной или не быть.

И всё же она меня вывела из себя, что и позволило ей успешно замести свои следы прежде, чем я начал их искать.