Обречена быть счастливой (СИ)

Именно в этот момент из меня выходила всё, что копилось в голове несколько лет. Картина нежных объятий Кости с тёткой стала спусковой.

Успокоившись и пораскинув головой (очень нравится это выражение в таком виде), поняла, что, Костя не виноват. Что-то не так! Не то чтобы я хорошо разбиралась в людях, но всё-таки барон не тот человек, который за спиной будет творить подлости. Вот выиграть сражение в открытую или высказать что-то в лицо — это он может.

От пережитого стресса и истерики на меня напала икота. Я никак не могла от неё избавиться. И задерживала дыхание, и считала до семи — ничего не помогало. Вспомнила поговорку, которую всегда говорила бабушка в таких случаях: икота, икота, иди на Федота… Дальше говорить не смогла, потому что начала ржать. Почему именно это имя было в этой присказке?

В разгаре борьбы с икотой ветки моего убежища раздвинулись, и ко мне пробрался Костя. Он с беспокойством оглядывал меня, а я ничего не могла сделать."

"Представила, как выгляжу со стороны, и начала ржать ещё громче. Мокрая от слёз, с распухшим носом, красными глазами, икающая и ржущая одновременно. Очевидно, что у меня началась вторая серия истерики.

— Кира? — растерянно проговорил Костя, а дальше решительно расположился на земле и усадил меня к себе на колени, так, что я уткнулась носом в его грудь.

— Кира, прости меня. Я никогда бы не обидел тебя, — я затихла в его руках и внимательно слушала, — твоя тётка решила показать тебе этот спектакль, чтобы нас с Лизой выгнать из дома. Она не теряет надежды, что твоя свадьба с её сыном состоится. Я люблю тебя, Кира и никогда не предам изменой. Ты мне веришь?

Не отрываясь от его груди кивнула, соглашаясь.

— Успокоившись и подумав, пришла к таким же выводам. Ты сейчас просто подтвердил правильность моих размышлений, — глухо, потому что всё ещё утыкалась ему в грудь, пробормотала я, — на этом пребывание родственников в нашем доме закончилось. Не буду даже утра ждать, прямо сейчас погоню. Думаю, отец поддержит меня.

Мне было так уютно в его объятиях. Тепло, спокойно, надежно.

— Кир, ты выйдешь за меня замуж?

Секунда и я кивнула.

— Правда?

Я кивнула. Ну не хотелось, чтобы он видел меня в таком виде.

— Слава богине! Спасибо, драгоценная моя! Спасибо!

Он всё-таки оторвал меня от себя и поцеловал. И это было упоительно. Костя предугадывал каждое моё желание. Никогда я не испытывала такого удовольствия от простого поцелуя. Кровь медленно и верно закипала. А сбившиеся дыхание мужчины, говорило о том, что он получает не меньшее удовольствие. Я чувствовала себя желанной и единственной.

И всё-таки нам пришлось остановиться. Костя прижал меня к себе и в макушку прошептал:

— Ты моё счастье, ты моя радость, ты моя!

— Кира, над чем ты смеялась, когда я пришёл? — чуть погодя спросил он.