Обратная сторона измены (СИ)

— Где моя мать? Если у вас есть информация, то озвучьте ее.

— Непременно озвучу, — его голос становится бархатным. — Но на взаимовыгодных условиях.

Снова шантаж. Как же меня это все достало!

— Что вы от меня хотите? — смотрю на него, и тошнота к горлу подкатывает. Едва сдерживаюсь, чтобы не «обновить» его дорогущий костюмчик.

— Ничего сверхъестественного, — в глазах бесовской блеск. — Девушка ты умная, находчивая, вот мне надо чтобы ты подобрала нужные слова, и моя жена ко мне вернулась.

— Чего? — мне кажется, что я ослышалась. Мотаю головой.

— Все верно, Виктория. Помоги мне восстановить семью, и ты получишь координаты своей матери.

— Я похожа на сваху? Если вам так нужно, сами и постарайтесь вернуть жену, — часто моргаю. Я все еще в ступоре.

— Моя жена меня и слышать не хочет. Она проявляет невиданную упертость. А вот если ей посоветует это девушка, которую она любит, доверят, то… вполне возможно она смягчится, — широко улыбается. Вовсе не похоже, чтобы он так сильно убивался из-за разрыва с женой. Особенно если учитывать, то, что я знаю об их жизни.

— Зачем вам это, Ярослав Михайлович? Вы всю жизнь изменяли супруге. Ни во что ее не ставили. И вот только сейчас она решила стать свободной от вас. Простите, но в вашу любовь я не верю, — говорю прямо как есть.

— Тебя это не касается, — мгновенно меняется в лице, желваки играют на скулах, взгляд бешеный. — Мое должно принадлежать мне. Точка.

— И мне советовать доброй и порядочной женщине вновь добровольно идти в капкан? — муторно, меня трясет.

— Я озвучил свои условия, — чеканит стальным голосом. — Хочешь найти мать, поможешь мне. Ни ты, ни твой братец ее не найдете. У нее другие имя и фамилия. Так что в твоих интересах быть послушной, девонька.

С этими словами он разворачивается и уходит из кухни. Слащаво прощается с Агатой. Потом слышу хлопок двери, который проходится по оголенным нервам.

Глава 27

После его ухода, открываю настежь окна в кухне. Нечем дышать. Такое ощущение, то этим мерзким человеком пропиталось все вокруг.

Его уже нет, а дух его слишком явственно ощущаю. Слова не выходят из головы. Имею ли я право, подталкивать измученную жизнью женщину на очередные мучения ради своей выгоды?

На такую сделку с совестью я пойти не могу. Как бы сильно не хотела найти мать. Но я знаю, сколько всего в браке перенесла мать Дениса, и омрачать ей оставшиеся годы — я себе этого никогда не прощу.

Должен быть другой способ. Костя поправится, и мы с ним что-то придумаем. В то, что Денису удастся выведать информацию у отца, не верю.

Утро начинается неожиданно со звонка матери Дениса. Женщина слезно просит меня приехать. Соглашаюсь.

Не для того, чтобы ее переубедить насчет развода, а чтобы услышать ее. Возможно, она мне что-то расскажет.