Оборотный город

Не всё коту масленица, а дьяку попадья, бывает, что и поп не вовремя вернулся…

Я шагнул было за ворота, но тут же дал задний ход, там взад-вперёд чинно маршировали местные жители, пытливо выясняя у случайно проходящих казаков: «А не ведаешь ли, служивый, который тут молодой Иловайский, негенерал?» Прямо на моих глазах два сотника вполне подробно описали мою внешность, так что проскользнуть незамеченным не удалось бы, какой ветошью ни прикидывайся. Придётся до темноты торчать у дядиного порога, сюда они не сунутся, побоятся…

Я вольготно уселся прямо на крылечке, развернув перед собой относительно небольшой кусок плотной жёлтой бумаги. Итак, что мы имеем? Часть самодельной карты с изображением столбовой дороги, поворотом Дона, тем же самым селом Калач, включая три или четыре крупных хутора, перелески, кладбище, испещрённое стрелками, какие-то цифровые коды и невнятный текст на французском. Многие буквы и даже слова уже не читались, видимо, карта долгое время просто валялась на земле, палимая солнцем и поливаемая дождями…

Пожалуй, единственное, что можно с уверенностью прочесть, так это «…в Россию был авантюрой, армия… идти с золотом… вынуждены зарыть его… баскское заклятие на крови… больной зуб… демоны всегда голодны…». Всё остальное сплошные обрывки и догадки. Вот ещё нарисованы могилы с крестиками, предположительно кладбище. Большего ни от текста, ни от рисунков не добиться. Ну, дураку понятно, нам надо идти на кладбище и копать там, но где? Разрывать могилы нам сельчане не позволят, нарвёмся на очередной крестьянский бунт. А по ночи все местные сами на погост с лопатами рванут, ох и веселье будет, они ж до рассвета всю территорию по два раза вскопают — хоть засевай потом, чтоб даром не пропадала!

Дядюшкина загадка оказалась не такой простой. Как вообще французы сюда попали? Наполеоновская армия уходила совсем другим маршрутом, через сожжённый Смоленск, так чего эти уланы забыли в наших донских степях? Они же казаков боялись как огня! Странно, непонятно и подозрительно…

— Об чём призадумались, ваше благородие? — дружелюбно прогудел Прохор, заглядывая в ворота, с большим холщовым свёртком в руках. — А я вот пирожков вам горячих доставил, хорошие пироги тутошние старухи пекут да отдают за копеечку. Ужо побалуетесь домашним-то…

— Садись. — Я подвинулся, точно знаю, что без меня он не ел. — Разворачивай, прямо тут и отужинаем.

— Дядя не в настроении.

— Бывает такое. — Мой денщик не чинясь уселся рядом, вдвинув меня своей широкой спиной едва ли не в перила крыльца.