Оборотный город

Потому что это неправильно и нечестно — вот так взять и сгинуть во цвете лет, когда за твоей спиной твоя любимая, тоже изо всех сил, пытается тебя спасти, а неумолимый в своей тупости враг приближается с неотвратимостью гуманного французского изобретения — гильотины…

— Иловайский, я тут вроде уйму информации надыбала! Слушай, а она такая известная, зашибись! Ещё сам святой Иоанн Рильский, основавший всемирно известный монастырь в горах Рила, впервые упоминает о своём видении Божьей Матери, которая указала ему истинный путь. Поэтому одно из её имён — Одигитрия, что значит «Путеводительница». А сама икона якобы была подарена Рильскому монастырю в четырнадцатом веке женой турецкого султана Мурада Первого, прозванной в народе «Мара — белая болгарка». Каково, а?! Это ж какой раритет. Ей просто нет цены ни на одном антикварном рынке!

— Катенька, свет мой, мы немножко заняты, — виновато перебил я, потому что скелеты молчаливыми рядами выстроились у наших ворот, о чём-то совещаясь. Думаю, их всё-таки было больше двух сотен. А впрочем, какая принципиальная разница, если нас всего шестеро…

— Ой, извини! Хочешь, включу на пару минут горелку и продолжим… Але, оба на!

Львиные головы взревели, выпуская из пасти такую ужасающую лавину пламени, что даже мы невольно присели. На добрых пять-шесть минут площадка перед Хозяйкиным дворцом превратилась в настоящий ад! Французы были готовы сражаться с любым противником, но на борьбу с огнём они явно не рассчитывали. Когда пламя стихло, общее количество нападающих уменьшилось ровненько на треть. Уже неплохо для начала.

— Я вашу маму дэлал! — не удержавшись, прокричал грузинский батюшка, носясь в лезгинке по своему краю обороны. — Вашу маму, да! Вашу маму, э! Вашу мам…

Снизу грохнул пистолетный выстрел, и отец Григорий рухнул на Шлёму с изрядной дырой в рясе. Самого вроде, по счастью, не задело, о чём он тут же сообщил вниз французам, но впредь особо не высовывался…

— Ну как я вам? — горделиво раздалось из динамиков. — Хороша девка, а?! Горячей только в сауне, но там не тот моральный уровень, если кто понял…

— Спасибо, душа моя, а я тебе солёной рыбки принёс!

— Что ж ты молчал, искуситель? Хочу, хочу, хочу…

Тут нам опять пришлось прерваться, потому что уцелевшие французы пошли на штурм. Огнестрельное оружие у них всё-таки было, и нас осыпало градом пистолетных пуль, по счастливой случайности почти никого не задевших. Ну разве что бабка Фрося словила три или четыре куска свинца прямо в деревянную лопату, это не улучшило ей настроения, но существенно подняло боевой дух.