Оборотни клана Морруа

И пусть сначала было страшно, пришлось усилием воли заставить себя расслабиться, зато потом я пригрелась в его руках и не заметила, как уснула под шум прибоя.

Впервые за много лет я проснулась не резко, как от удара или окрика и с заполошно стучащим от страха сердцем, а медленно, неторопливо открыв глаза. Выспалась. Моргнула пару раз, и вот, когда отметила, что еще раннее утро – в окна заглядывает рассвет, – проснулись и все мои страхи. Я нервно глянула вниз, на тяжелую мужскую руку на моем обнаженном бедре. Убедилась, что на мне привычная белая майка, мягкая и очень приятная для кожи и с зачастившим сердцем, не оборачиваясь, дюйм за дюймом, чтобы не разбудить Жака, выбралась из-под его руки и сползла на пол. Прижав ладонь к груди, выглянула поверх кровати, чтобы осмотреть мужчину, с которым мне так хорошо спалось.

Жак тоже спокойно спал на боку. Нет, не притворялся, выглядел совершенно расслабленным, чем я и воспользовалась, чтобы вдоволь и безнаказанно прогуляться взглядом по его большой сильной фигуре. Тем более на нем только легкие бежевые шорты. Веры клана Лавернье никогда не заморачивались скромностью или приличиями, частенько ходили по двору и в чем мать родила. И сам бывший хозяин мучил меня голым или в домашних штанах, но никогда не волновал «физически», наоборот, его обнаженное тело вызывало отвращение и страх, тем более после нескончаемых издевательств. А сегодня и сейчас, затаив дыхание, я впервые в жизни любовалась мужчиной, физически совершенным и мужественным.

Он не был идеальным, хищные, даже зловещие черты его лица и во сне не сгладились, выступившая синева щетины только усугубила эту жесткость, резкость. Иссиня-черные короткие волосы контрастируют с белизной подушки, как и загорелая кожа. Плечи бугрятся мускулами. Я почти неосознанно, поддавшись необъяснимому порыву, осмелилась протянуть руку и кончиками пальцев коснулась предплечья огромного вера, точнее, черных волосков на коже. Невольно улыбнулась, ощутив его тело. Но смелость быстро сменилась привычным страхом, и я прекратила вольности.

Ну и что мне дальше делать? Посидев на полу еще минут пять, я решилась на вопиющее нарушение прежних правил, вколоченных в меня де Лавернье, – собралась без спроса выйти. Видимо, под впечатлением от вчерашнего, невероятного и самого сказочного в моей жизни дня подумала, что за своеволие, если и накажут, но не убьют.

Приоткрыв дверь на террасу, я выскользнула в сад, прошла мимо бассейна и направилась на берег. Теплый ветер трепал майку и длинные волосы. Меня словно магнитом притягивал бескрайний океан с полоской розовеющего неба, от которого было невозможно оторвать взгляд. Остывший за ночь песок приятно освежал босые ноги.