Оборотни клана Морруа

Подо мной большая и мягкая кровать, сверху я накрыта легким одеялом в милых розовых цветочках. В ногах лежит похожее покрывало.

Светлый пол и стены, плетеные кресла с пышными цветными подушками, на полу несколько горшков с цветущими растениями. Слева радует взгляд стеклянная стена с раздвижными дверями, белый тюль колышется на теплом ветру и словно приглашает выйти наружу. Справа белеют высокие узкие многочисленные створки длинного шкафа. Напротив две двери, одна из которых приоткрыта и позволяет увидеть ванную комнату, куда мне тут же захотелось так, словно я минимум сутки в отключке пролежала.

Откинув одеяло, я со все возрастающим удивлением увидела на себе мужскую белую майку с круглым вырезом и без рукавов. Большого размера, потому что прикрывает меня почти до колен и свободно болтается. Вернее, мягко, я бы сказала, ласково скользит по моему исхудавшему телу, обрисовывая все еще немаленькую грудь и округлые, пусть и костлявые бедра.

Когда и кто на меня ее надел? И как долго я здесь… не знаю где?

На цыпочках, стараясь не шуметь и не выдать, что проснулась, но слегка покачиваясь от слабости и со сна, я прокралась в туалет. Заодно умылась и напилась, а то в горле пересохло. Мышкой скользнув обратно в комнату, я с колотящимся сердцем отодвинула краешек занавеси и выглянула. На увитую ползучими растениями террасу, которая, наверное, огибает весь дом, стоящий среди пальмовой рощи, и спускается к бассейну. Но поразило другое: метрах в ста пятидесяти от дома узкую полоску желтого песка лижет вода. Море? Океан?

Значит, я покинула проклятые берега Жапуры? Новость на миг оглушила… Я замерла, глядя на мерно накатывающие лазурные волны. А в голове замелькали картинки недавних событий: застывший в небе черный вертолет, выпрыгивающие из него черные хищники, которые направо и налево катанами рубят головы наемникам де Лавернье, и… Жак…

– Кхм, ты проснулась? – услышала я глухой, тихий голос.

Содрогнувшись всем телом, я кинулась в угол, в голове билась, как обычно в такие моменты, только одна мысль: защитить спину, пусть хоть ненадолго, но отодвинуть неминуемую боль.

Притулившись в углу, стиснув руками прижатые к груди колени, я затравленно уставилась на… Него. Жака, как он себя назвал. В прошлый раз он был в черном, зловещий и обвешанный оружием, заляпанный кровью и окутанный дымом пожара – жуткий демон, ворвавшийся в мир людей. А сейчас на нем белая свободная рубашка, наполовину расстегнутая и не скрывающая отлично развитую и слегка волосатую загорелую грудь, светлые легкие брюки и все. Мужчина на отдыхе. Босой и почти домашний, если так можно назвать лютого хищника, по сути, зверя.