Оборотни клана Морруа

Сорвав знакомое растение с терпким запахом, растерла его листья в ладонях и намазала кожу под ее удивленным взглядом. Я не соврала, сказав, что сок отпугивает насекомых. Правда, в моем случае должен будет помогать от Рене. Пока Этель проделывала то же самое, я воспользовалась еще и антизапахом – старательно, не пропуская ни одного сантиметра, обработала кожу. Затем тщательно заплела волосы в тугую косу, и мы вернулись в лагерь, где нас уже ждал обед, «сервированный» из подогретых банок с консервированной едой.

Перед тем как отправиться дальше, веры тщательно скрыли следы нашего пребывания, зарыв весь мусор. Наверное, потому что напряжение, возникшее из-за преследования, спало, мы вошли в ритм и шли с хорошей скоростью, почти без эксцессов. Только Этель не повезло: в первый раз «ойкнула», когда на нее свалился маленький «ужик», которого Поль моментально отправил обратно в кусты; а во второй – дрыгала ногой, вопя, что по ней кто-то ползет. Поль с невозмутимым видом шлепнул ее по ноге и на ткани расползлось мерзкое влажное пятно. Этель даже присела в культурном шоке, закатала штанину – и разрыдалась от отвращения, обнаружив раздавленный трупик какого-то крупного паука или жука. Кто их там разберет, это они с супругом биологи, а не я.

– Странно, мадам – биолог, а насекомых и земноводных боится, – съехидничал Поль.

– Этель – биолог, а не энтомолог, – авторитетно ответил Нильс, пресекая дальнейшие упреки.

Увидев слезы Этель, мужчины не решились нас торопить. Переминались с ноги на ногу в сторонке, своим поведением вызывая у меня недоумение. Поль и Рене стояли рядом и угрюмо смотрели на плачущую на плече супруга женщину. Затем Поль наклонился, сорвал пучок травы и, присев рядом с Этель, стер остатки насекомого с ее штанины, оставляя грязные темно-зеленые разводы. Это странным образом успокоило ее, но изумило меня: вытерев слезы, она встала, а я еще долго размышляла над странным, нетипичным поведением оборотней.

Любой самец из моего прежнего клана, окажись в подобной ситуации, начал бы возмущаться ее слабостью и поторапливать. А эти спокойно стояли и молча ждали, когда она успокоится, при этом наверняка сочувствуя. Поступок ледяного Поля совсем выбил меня из колеи. Людей он, конечно, презирает, но, тем не менее, присел перед женщиной-не-вером и помог, причем деловито и спокойно, чтобы не заставлять нервничать ни ее, ни Нильса. Мое представление о мире веров на одно деление сместилось в лучшую сторону. Закралась мыслишка: вполне возможно, не все такие, как самцы из моего бывшего клана? Но если я все-т аки ошибаюсь, то ошибка может стоить мне собственной шкуры.

К вечеру, начавшемуся со стремительно сгустившимися сумерками, словно кто-то выключил свет, мы опять привычно спотыкались и Рене объявил привал.