Оборотни клана Морруа

Мне кажется, он дремал под мои мерные, осторожные и ласковые движения. Я зарывалась пятерней в его волосы, жаль, короткие, и наслаждалась их шелковистостью. И самими прикосновениями, которые не вызывали отчуждения и отвращения, не казались неправильными и грязными. Голова Жака на моих коленях, под моей рукой, каждое ощущение его близости были такими необычными, непривычными, но правильными и необходимыми.

Жак мерно дышал, а я смотрела на выступающий кадык на крепкой мужской шее и поражалась, что этот вер мне настолько доверяет. Саму жизнь! Внутри все вибрировало от эмоций, чувств и ощущений – так много нового случилось! Я не хотела отрывать ладонь от его головы, чтобы не разорвать связь. В какой-то момент мне нестерпимо захотелось не только зарываться в его волосы, а коснуться лица. И я решилась! Трепетно, осторожно прошлась по лбу и бровям, погладила скулы и щеки, ощущая подушечками пробивающуюся щетину. Расхрабрилась и коснулась манивших меня тонких губ, погладила их, ощущая теплое дыхание своего Волка.

Потом совсем осмелела. Мои пальцы спустились к шее, потрогали кадык, ямочку между ключиц. Добрались до волос на груди вера, ощутили их шелковистость на мощном мужском теле, от которого шло приятное тепло. Я вздрогнула, когда Жак перехватил мою ладонь, а он поднес ее к своим губам и, поцеловав каждый палец, бережно прижал к груди.

Чуть погодя Жак отнес меня в спальню на руках. Надев после душа новенькую ночную рубашку, я посетовала, что полюбившаяся мне майка, скорее всего принадлежавшая моему Волку, осталась на пляже. Будет жаль, если утонет. Только я забралась в кровать, дверь открылась – пришел Волк. В пижамных штанах… Мое сердце испуганно затрепыхалось, в голове завертелась куча страшных предположений: зачем он пришел?..

– Прости, я понимаю, что пугаю тебя, но придется тебе привыкать ко мне в своей постели. Пары всегда спят вместе. Хорошо? – ответив на мой невысказанный вопрос, Жак лег рядом и взял меня за руку.

И пусть я сомневалась в этом утверждении, не была готова «спать вместе», молча привычно покорно кивнула.

Удивительно, но заснула я быстро и со спокойным сердцем, и с мыслью, ошеломляющей в своей рискованности и бесстрашии: «Лучше вновь ошибиться и умереть, чем быть бессловесной и вечно дрожащей тварью. Так почему бы мне не поверить только одному – своему Волку?! Паре! Которого слишком долго ждала и встретила наконец. Жуткому, сильному, мудрому и в то же время заботливому и нежному. Моему!» И впервые уверенный, согласный отклик волчицы вторил этой мысли: чувства зверя никогда не лгут, в чем за десятки лет плена я убедилась много-много раз.