Оборотни. Легенды и реальность. Проклятая кровь

И век бы ему бегать в таком виде, если бы не воткнули на старое место нож. Хотя этот мужик и обращался в волка и долгое время был оборотнем, но мысли и чувства у него были человеческие. Он даже не мог есть нечистой пищи, например падали. Он рассказывал, что когда он подходил напиться к воде, там отражался не волк, а его человеческий образ.

Вот фрагмент рассказа, записанного этнографом в 1960-х годах в Поволжье.

А вот еще случай был. Этого я никогда не забуду. У меня как раз жила эвакуированная из Гомеля женщина. Она врач была, ну ияв больнице работала, вот и взяла ее к себе на квартиру: веселее же, чем мне одной. И вот я как-то лежу в углу и слышу: из-за печки бежит, понимаете, как кролик, и лапой-то вот так — тук-тук-тук — ударяет об пол. Я сразу взглянула, смотрю — на пороге заяц. Такой белый-белый! Пушки маленечко черненькие, кончики. На порог заскочил, на задние лапки встал и вот так почистился. На нее посмотрел, на меня и скок-скок-скок — убежал. И Зоя Павловна курила, лежала вот так навзничь. Вижу, Зоя Павловна следит глазами-то вот так. У меня прямо по коже мороз: откуда же этот заяц? Он убежал, она и говорит: «Тиин (она белоруска), у нас трусы е?» — «Какие же у нас трусы (трусы — кролики по-белорусски)? Какие у нас трусы, когда нам с тобой жрать-то нечего! Еще трусов будем кормить», — отвечаю. А потом — раз! — и электрический свет погас. А у нее на стуле лампа стояла, керосинка. Она зажигает эту лампу. «Шо, — спрашивает, — таке? Айда искать». Айда! Пошли мы искать. Ну хоть бы где-нибудь какое было отверстие. Бывает, в доме кошке делают такое отверстие, чтоб ходила в подпол. А тут маленькая-маленькая щелочка в подполье, он же не мог в эту щелочку ускочить. Вот что интересно.

Вот еще один рассказ примерно тех же лет.

В больнице не могла спать. Выпросила у нянечки чайник, думаю: «Чайку попью, может, усну». И пошла (это было в час ночи), чай вскипел, я в кружку засыпала и пошла заливать кипятком. Только на кухню ступила, смотрю: оттуда, с улицы, — словно кто ее приглашал — какая-то кошка или белка — а хвост как у белки, да пушистый такой! А ростом с кошку.

Выскакивает, хвост трубой — и мне под ноги и в угол. Что такое? Мордочка беличья и усики такие, в кучку, и ушки как у белки. Белка и белка! Но большая. Глаза светлые-светлые, как у кролика глаза. Я, дурочка, давай ее искать. Поискала, поискала — деться некуда ей. Что такое? Смотрю: она опять у меня из-под ног, эта белка, выскочила! Белка — не белка, кошка — не кошка. И опять же она круг дала — и под койку. Я опять же ее искать. И не нашла никого.

Как выяснилось, в помещении, где происходило все это, не держали ни кошки, ни какой другой живности. Странная внешность такого животного, возникшего неизвестно откуда и пропавшего невесть куда, неслучайна.