Оборотни клана Морруа

– Ну что ты, малышка, почему ты плачешь? Что я сделал не так, скажи, и я все исправлю.

Я еще крепче прижалась к нему и замотала головой. Рыдания постепенно перешли во всхлипывания и закончились икотой, сквозь которую я пыталась объяснить, как мне жаль того двенадцатилетнего мальчика, которому пришлось перенести столько страданий. Потом еще полчаса я сбивчиво клялась, что всегда буду рядом и никогда не брошу, и не предам и, тем более, не пойду налево, потому что мне и его с лихвой хватает. И вообще, я честная и порядочная жена, а не какая-то там! Если он меня полюбит, то вообще попаду в рай на земле.

Через час, когда Тьерри меня успокоил самым приятным и действенным способом, я тоже рассказала свою историю, причем к концу благополучно уснула прямо на нем на середине слова.

Как приятно просыпаться рядом со своим мужчиной. В первое наше совместное утро, которое началось за полдень, Тьерри не выпустил меня из кровати, а вот на второе я тихонько, чтобы не разбудить его, встала и ушла в свою комнату. Приняв душ и обмотавшись полотенцем, я встала перед зеркалом и, собрав волосы в высокий хвост, заплетала косу, когда дверь резко открылась и вошел Тьерри. Увидев меня, он перестал хмуриться и плавной походкой большого хищника двинулся ко мне. Подошел вплотную, с довольным видом развязал полотенце и, лизнув мою голую шею, начал прокладывать дорожку из поцелуев вдоль позвоночника. К лопаткам я уже дрожала от желания. Когда его руки легли мне на грудь, я забыла, зачем выбралась из постели.

За обедом в малой, более уютной семейной столовой я глаз не могла оторвать от Тьерри. Наслаждалась его телом, восхищалась умом, теряла голову, глядя ему в глаза, – за короткое время он стал для меня всем. Я боялась и в то же время ликовала от радости, осознав, что не пустая и холодная – а полна чувствами, мое сердце и душа пылают от любви. Он посмотрел на меня, отвернувшись от Поля, с усмешкой наблюдавшего за нами, – и пол зашатался у меня под ногами. Вот что значит безгранично любить!

В следующую секунду мужчины кинулись ко мне: Тьерри в обнимку со мной упал на пол, обернув меня своим телом словно коконом; Поль перемахнул стол словно мячик для пинг-понга и прикрыл нас обоих под звуки взрыва. Грохот падающих камней, шелест штукатурки, осыпающейся со стен, перемешанные с воплями и стонами людей. Я с трудом дышала под тяжестью тела Тьерри, но чувствовать, как он вздрагивал, когда очередной камень попадал в него, было невыносимо. Мне досталось по руке острым осколком, в ладонь потекла теплая кровь, но его боль просто чудовищна по сравнению с моей.

Мне показалось, что все это длилось целую вечность, а оказалось – не больше двух-трех минут. После чего от столовой остались развалины, куча пыли и дыма.