Овечка в академии оборотней

– Синяя… – Лина всего лишь улыбнулась, а у меня в груди заныло от странной боли. Я такую ещё никогда не испытывал, поэтому знатно испугался.

– Да. Синяя. Они все синие. Бери ветку, – коротко давая распоряжения, попятился назад. – Пробуй сама… я оттуда понаблюдаю.

– Хорошо, Маркус! – Лина закивала, а я застыл на месте.

– Ты что? Ты плачешь?!

– А? Да… красиво очень. Спасибо, что согласился со мной заниматься…

Боль в груди стала ещё настойчивее. Она будто что-то требовала от меня.

– Пожалуйста, – выдохнул раньше, чем подумал, и сразу стало легче.

А потом я улыбнулся, и солнечное сплетение покинуло неудобство окончательно.

Релей смущённо опустила глаза на лысую ветку бывшей розы и прикусила губу.

Щёки девушки мило порозовели, и запах оборотницы стал куда сильнее.

Вкусный, пряный, травяной… будто меня выбросило порталом в лес или поле, дышать ароматом огромного выбора цветов… среди которых преобладала, конечно, роза.

Все лепестки подлетели вверх, принимаясь летать вокруг охнувшей Релей.

На лице девушки был такой восторг!

«Риату милостивый! Чего ж так больно!? Надо опять что-то сказать или улыбнуться?»

Пока меня терзали собственные демоны, все тридцать роз снова приобрели целостный вид.

Лина выглядела счастливой, но взволнованной.

– У меня не получилось, да? Ты же говорил об одной розе… Я…

– Ты – молодец, – успокоил девушку вопреки своим мыслям. Хотел же поругать… – Но задание придётся делать заново. «Развоплотитесь».

Лепестки осыпались, разлетевшись обратно по приказу моего мыслеобраза.

Лина с мольбой в глаза посмотрела на меня, делая боль в груди невыносимой.

– А ты… ты можешь снова меня подержать за плечи? Я так чувствую себя увереннее…

«Что же ты со мной делаешь?»

– Только один раз, – нахмурился я, становясь за спиной Релей и осторожно вдыхая запах её волос, чтобы не заметила.

«Боюсь, дольше стоять рядом с тобой, для меня опасно».

Этой ночью я не смогла уснуть.

До полуночи Маркус учил меня точечной магии, и это оказалось совсем непросто.

Но вовсе не трудность познания невиданной моему миру силы не давала мне заснуть!

Подача и само занятие с Корвином…

Всю ночь я смотрела в потолок, а видела летающие перед собой лепестки синих роз.

Я понимала, что романтика, принятая на Земле, жителю Виёла не знакома, но… разве синие розы и расставленные повсюду свечи могут оставить девушку любого мира равнодушной? Не меня!

Корвин был каким-то другим в том полумраке. Без своего привычного надменного вида, не задирал нос, не пытался едко шутить. Его реакция на мои слёзы вообще заставила пересмотреть отношение к пятикурснику и задуматься над просьбой дедушки Крирона.