Овечка в академии оборотней

Высокий, довольно симпатичный, если бы не высокомерный вид, парень сел прямо напротив меня и сделал парочку резких вдохов.

Внутри меня расплескалась тонна раздражения!

«Ну, блин! Я даже ложку в руки не взяла! Хотя бы поесть дали бы!»

– Здравствуйте, – решительно взяв столовый прибор, принялась за еду, наплевав на некоторых.

– Я пришёл выразить свои сожаления.

– Необычность периода течки не должна лишать общество хорошего соревнования.

– А? – Кажется, у меня глаза от удивления и откровенности некоторых были готовы выпасть к фрикаделькам.

– Сама подумай. – Парень недовольно поджал губы. – В полнолунье девушек слишком много. Толком поединков не происходит, но в этот раз… – взгляд моего нечаянного гостя зажегся фанатизмом, – ты – одна! За эти десять дней можно было бы организовать турнир за случку с тобой! И ты всё испортила, сбежав, как… как овца!

Это было последней каплей. Во мне будто выключателем щёлкнуло.

Ещё и эти смешки вокруг…

Я пришла просто поесть, а получилось… получилось попасть на премьеру экшена!

Но врождённое чувство справедливости не позволило сорваться без предупреждения.

– Если ты сейчас же не исчезнешь… извинившись, то я сделаю тебе больно… сильно больно.

Парень сначала сошёл с лица, слишком шипящими вышли у меня предупреждения, но потом расхохотался.

Правда, недолго, потому как стул вместе со своим наездником подлетел к самому потолку общего зала, рухнув с высшей точки навзничь.

– Неправильные извинения.

Отрезав кусочек от стейка, проглотила его, не ощущая вкуса.

Смелый пятикурсник стонал на обломках стула, а остальная аудитория общепита, как в рот воды набрали.

«Магия у ребят только-только начинает изучаться. Их можно понять…»

– Адептка Релей, – ко мне подошёл Абьёрн. – На вас налагается наказание. Так нельзя себя вести… это… – кажется, магистр боевых искусств вспомнил, чья была идея прекратить потасовки, и замолчал.

– Верно, – выпив залпом компот, со стуком поставила стакан на столешницу. – Нельзя. – Поднявшись с места, окинула присутствующих на ужине ледяным взглядом. – Если ещё хотя бы раз я услышу о себе, как о тупоголовой самке с преобладающим инстинктом размножения… не обижайтесь.

Первая волна удивления сходила на нет. Даже преподавательский стол, замерший в недоумении до этого времени, не скрывал улыбок.

Требовалось закрепить серьёзность моих угроз, а то некоторые из третьекурсниц скривились уже в неприятном оскале.

По моему взмаху руки в воздух взлетели ножи. Опасный вихрь из столовых приборов закружился вокруг меня, стирая все ухмылки. Поток ветра усилился, нарочно вбивая ножи рядом с тарелками своих недавних владельцев.

Поднявшийся к этому времени оборотень больше не пылал желанием организовать состязание.