Обольстительница в бархате

Он слишком умен — уж не говоря об изобретательности! — чтобы разыгрывать подобное представление. Сначала он подумал об этом.

Но потом, когда их губы встретились, лорд вообще ни о чем не мог больше думать.

У ее губ был вкус дождя.

Такой вкус, какого не было больше ни у кого на Земле. Вчера он получил лишь намек на это и потом не мог заснуть полночи. Сейчас ночь уже объяла вселенную, а Лисберн одновременно бодрствовал и пребывал во сне.

На вкус мисс Нуаро сладкая, как невинность и в то же время как грех. Она промокла насквозь, и все ее вычурные жабо, складки и оборки обвисли. Однако она оказалась такой легкой и воздушной, словно пена. И такой полной жизни. Начав сопротивляться ему, тут же прекратила и с безрассудством встретила его поцелуй. Прижалась к нему губами, приоткрыв их по его первому побуждению. А когда Саймон захотел продлить поцелуй, Леони полностью подчинилась ему. Легкое колебание, и кончики их языков сплелись вместе.

Как на удивление тонким оказался вкус бренди, который он глотнул, когда в первый раз переступил порог ее кабинета, так и вкус ее поцелуя был сладким и жгучим. Это удивительно — такая изящная, женственная и, несомненно, хрупкая женщина в то же время скрывала в себе столько страсти. И опасности! Он понимал это. Понимал совершенно точно.

Сейчас ему стоит избегать опасности. Нужно отдавать себе отчет в том, что, зайдя на эту территорию, выбраться оттуда будет очень трудно. Но он не мог мыслить трезво, в голове крутились лишь какие-то фантазии. И только чувства продолжали свою работу, сообщая ему о тепле ее тела, о форме этого тела, о том, как удобно она устроилась в его объятиях и как ее губы прижимаются к его губам.

Лисберн отстраненно воспринимал, как мокрый муслин и кружева обвиваются вокруг него, как влажные ленты ее шляпки щекочут ему подбородок. Так же отстраненно он понимал, что его рука лежит у нее на затылке и стягивает вниз шляпку. Словно в полусне ощущал шелковистость ее волос, и бархатистость кожи на шее, и ее аромат — смесь лаванды и запаха, присущего только мисс Леони Нуаро. Он не мог насытиться им до конца. Ему хотелось погрузиться в этот аромат полностью.

Одна его рука скользнула вниз к ее талии, другая легла еще ниже — на бедро. Он притянул Леони к себе.

Несмотря на свою мечтательную отстраненность, Лисберн ощутил ее хрупкость и невинность. Голос где-то в глубине сознания начал скорбно причитать о нарушении границ допустимого, но ему было трудно трезво оценивать ситуацию. Какая польза в логике, если он пил этот поцелуй как бренди, горячий и сладкий? И, кроме того, она обхватила его за плечи, всем телом прижимаясь к нему и возбуждая сильнейшее волнение.

Он еще ближе притянул мисс Нуаро к себе, расположив колено между ее бедер и подмяв тем самым нижние юбки ее платья.