Обольстительница в бархате

Все мысли о леди Глэдис полностью вылетели у нее из головы.

Расположившись на месте пассажира, Лисберн передал ей хлыст и поводья. Все оказалось совсем непросто. Нужно было держать поводья двумя руками, определенным образом пропустив их между пальцами, и одновременно удерживать в одной руке хлыст, чтобы пользоваться им при необходимости. Теперь она могла думать только о том, как управлять своими руками.

— Сиденье подогнано под меня, для вас оно высоковато, — сказал маркиз. — Но мы проедем короткую дистанцию. В любом случае вы поймете, что такое править экипажем.

— В этом не больше смысла, чем учиться ходить под парусом на суше, — усмехнулась Леони. — Я вроде бы не собираюсь заводить своих лошадей и уж тем более управлять упряжкой.

— Вам не известно это наверняка, — возразил он. — Однажды вы поедете в коляске с джентльменом, а он вдруг получит солнечный удар, или упадет в обморок от того, что выпил лишнего накануне вечером, или от того, что не вынес счастья, находясь рядом с вами.

— У вас очень живое воображение, — заметила Леони.

— Во всем, что имеет отношение к вам, — да, — подхватил Лисберн. — Я очень часто воображаю других мужчин подле вас, как они смертельно заболевают или получают тяжелые травмы. Например, прямо сейчас мне представился один из моих знакомых, который сидел рядом с вами, но почему-то вывалился на дорогу и свернул себе шею. Такие мысли озаряют светом бесконечные часы ожидания моих двух недель, которые мы проведем вместе.

В этот момент ее воображение тоже энергично заработало. От возникших перед ней картин мурашки тревожно побежали вверх и вниз по спине.

— Я-то думала, вы собираетесь учить меня править экипажем, — напомнила она.

— Вам надо научиться править и флиртовать одновременно.

Лисберн начал рассказывать ей об основных приемах, как тронуть коляску с места и как остановить, о том, с какой осторожностью нужно использовать силу, натягивая поводья, о важности того, чтобы лошади смотрели только вперед, о том, что хлыст употребляют лишь в крайнем случае. И еще о тысяче разных мелочей.

К счастью, голова у Леони была устроена так, что легко усваивала множество мелких подробностей. Кроме того, ей доводилось наблюдать, как другие леди правили прогулочными колясками. Если они могли это делать, то она тоже сможет. Единственное, что Леони не могла сделать в настоящий момент, так это заглушить в себе чувство к лорду Лисберну или избавиться от воспоминания об их поцелуе. Хуже того, приходилось бороться с собой.

— Нет, локти должны быть практически прижаты к бедрам, мадам. Расслабьте кисти. Да, примерно так. Ну, что ж, теории достаточно. Все в порядке, Винс, я думаю, мы готовы.

Грум отпустил лошадей и вернулся на свое место на запятках.