Обольстительница в бархате

У меня так трясутся руки, что почти невозможно писать. Мне пришлось в жуткой спешке покинуть квартиру. Хозяйка сказала, что вчера приходили двое каких-то странных мужчин, которые задавали много вопросов. Она заявила мне, что ей не нужно никаких неприятностей. Я поняла, что таким образом она довела до моего сведения, что выложит все начистоту, если плата за откровенность ее устроит. Как ты знаешь, у меня нет ничего, чтобы купить ее молчание. Единственное, что я могла сделать, — это извиниться за причиненные неудобства."

"Ты даже не представляешь, с какой скоростью хозяйка предала меня. Двух часов не прошло, как она принесла письмо от адвоката лорда Суонтона. Я сделала вид, что не понимаю, в чем дело, но была в ужасе. Там упоминался закон об оскорблении людей, принадлежащих к высшему обществу, о скандалах, направленных против пэров, что грозит мне тюрьмой. Бьянку тоже посадят вместе со мной! Я сбежала, забрав нашу дочь, но оставив там почти все мои вещи, чтобы хозяйка думала, что мы еще вернемся.

Пишу тебе из Ламбета, чтобы попросить помощи. Мне нужно уехать в Портсмут, а там сесть на корабль до Америки. По твоему молчанию в течение этих нескольких дней я сделала вывод, что ваши обращения к лорду Суонтону оказались безрезультатными. Напротив, они принесли больше вреда, чем пользы. Я надеюсь, ты меня не предашь. Тебе прекрасно известно, что я могу рассказать кое-кому весьма интересные вещи про тебя, и это не пойдет тебе на пользу. Мне очень жаль, что приходится торопить тебя подобным способом, но время уходит.

Этим вечером в «Воксхолле» состоится детский праздник. Двери на вход откроют заранее. Я войду за руку с ребенком, и на меня не обратят внимание. Вряд ли мои преследователи станут ждать меня в том месте, где я устроила свое последнее представление. Я уже все подготовила к отъезду. Все, что мне нужно, это небольшая сумма, достаточно пяти фунтов. Тот маленький зрительный зал будет оставаться пустым до девяти часов, и знакомый, который провел нас внутрь тайно в последний раз, опять поможет. Жду тебя ровно в восемь. Там же, за дверями, через которые я вошла в прошлый раз. Не обмани меня, иначе придется принимать меры, к которым я питаю отвращение.

Твоя Дульси

— Сука! — Тикер прочитал письмо, которое его приятель протянул ему. — Это шантаж. Кинь писульку в огонь.

— Но мы же обещали, — возразил Меффат. — Мы обещали поговорить со Суонтоном.

— Да, со временем. После того, как все уляжется. — Он имел в виду, после того, как Лисберн успокоится. В первом порыве тот не мог вести себя рационально. А иррациональный Лисберн способен с легкостью укоротить чью-то жизнь или в лучшем случае сделать ее мучительной.

Когда маркиз более или менее остынет, они нанесут ему визит и скажут, что поработали с дамочкой.