Коварный обольститель

 – Иначе вы не везли бы его рядом с собой в открытой коляске целых тридцать миль в такой день, как сегодня! Вот вы бы сами смогли уехать из Остерби, если бы простудились? Да ни за что!

– Вы ошибаетесь! Я непременно уехал бы, поскольку никогда не обращал внимания на подобные пустяки!

– Но ведь вам и не пятьдесят лет или даже больше!

– И Кигли тоже! Пятьдесят лет, надо же такое сказать! Да ему немногим больше сорока! – сердито заявил Сильвестр. – Более того, если бы он счел себя слишком больным, чтобы ехать со мной, он так бы и сказал мне!

По губам девушки скользнула презрительная усмешка.

– Неужели?

– Да, он… – Но Сильвестр вдруг умолк, оборвав себя на полуслове, в упор глядя на нее немигающим взглядом. Щеки его заалели, и он чопорно проговорил: – Во всяком случае, ему следовало бы так и сделать. Он прекрасно знает, что я ни за что на свете… О господи, да вы, похоже, полагаете меня бесчеловечным тираном!

– Нет, я полагаю вас всего лишь эгоистом! – ответила она. – Вы, наверное, даже не заметили, что бедолага сильно простудился.

Язвительный ответ уже готов был сорваться с губ герцога, но он сдержался, и лишь румянец на его щеках вспыхнул еще жарче, когда он вспомнил, как разозлился на Кигли, подцепившего инфекционную простуду; Сильвестру тогда очень не хотелось заразиться от грума.

Впрочем, не успела Феба выразить столь страстную укоризну, как и у нее в памяти всплыли неприятные воспоминания. Покраснев куда сильнее Сильвестра, она в смятении пролепетала:

– Прошу прощения! С моей стороны было дурно говорить так, когда… когда я многим обязана вам! Прошу вас простить меня, сэр!

– Это все сущие пустяки, мисс Марлоу, – холодно ответил он. – Это я должен быть вам благодарен за то, что вы обратили мое внимание на состояние Кигли. Позвольте заверить вас, что вам больше не о чем беспокоиться! Я слишком эгоистичен для того, чтобы позволить ему слечь, и ни в коем случае не отправлю его в Хангерфорд.

Прежде чем она успела ответить что-либо, в комнату вошел Кигли, кутаясь в тяжелое пальто для верховой езды и с теплым шарфом на шее.

– Прошу прощения, ваша светлость, но я не взял у вас визитную карточку, – сказал он.

– Я передумал, Джон, – возразил Сильвестр. – Я поеду сам.

– Поедете сами, ваша светлость? – эхом откликнулся Кигли. – Будет ли мне позволено спросить, с чего это вдруг? Если ваша светлость не доверяет мне в том, что я смогу управиться с вашими серыми в яблоках лошадками, то надеюсь, ваша светлость простит меня, если скажу, что это будет уже не в первый раз! Быть может, ваша светлость предпочтет править ими в одиночку, без того, чтобы я сидел с вами рядом?

Тяжеловесный сарказм его слов разгладил нахмуренные морщинки на лбу Сильвестра.