Коварный обольститель

Не прошло и двадцати минут, как Феба узнала о том, что существование затворницы навязала Ианте семья покойного супруга, члены которой явно ожидали от нее, что остаток жизни она проведет в буколическом[52] уединении.

– И вы смирились со столь варварскими требованиями? – с ужасом воскликнула Феба."

"– Увы, есть человек, который обладает оружием, противостоять коему я бессильна! – меланхолическим тоном поведала девушке Ианта. – Он единственный судия, определяющий судьбу моего бедного малыша. Так сложились обстоятельства, что одним ударом я лишилась сразу и супруга, и сына! – Заметив появившееся на лице Фебы ошеломленное выражение, женщина добавила: – Опека над Эдмундом была поручена не мне. Я не скажу вам более ничего, да и того, что уже сказала, не должна была говорить, но я с первого же взгляда поняла, что вы поймете меня! Уверена, вам можно доверять! Вы не представляете, какое это счастье – иметь возможность говорить открыто: как правило, мне приходится проявлять сдержанность. Но я больше не должна досаждать вам своими трудностями!

Ианта и вправду не могла более продолжать в том же духе, поскольку в этот самый момент ее внимание привлекла леди Элвастон, которая поднялась с места, прощаясь с хозяйкой. Она тоже встала на ноги и, протянув руку Фебе, проговорила своим мягким голоском:

– Я вижу, мама готовится уходить, и мне тоже пора прощаться. Вы еще долго пробудете в городе? Было бы так славно встретиться с вами снова! Быть может, вы доставите мне удовольствие и навестите меня? Я покажу вам своего маленького мальчика.

– О, так он с вами? – воскликнула изрядно удивленная Феба. – А мне показалось… Я имею в виду, что с радостью нанесу вам визит, мадам!

– Уверяю вас, то, что я привезла сына в город, отнюдь не вызвало одобрения, – грустно сообщила ей Ианта. – Но даже его опекун едва ли может запретить мне брать сына с собой, чтобы погостить у моих родителей! Мама буквально обожает его и очень опечалилась бы, если бы я не привезла ей внука!

Сжав на прощание руку Фебы, Ианта неспешно отплыла прочь, оставив девушку в тенетах сомнений и любопытства.

Феба с самого начала была очарована ее красотой, а уже с первой минуты знакомства милые и непосредственные манеры Ианты, равно как и ее обаятельная улыбка, за которой скрывался намек на мужество, с коим она переносила свалившиеся на нее невзгоды, очаровали девушку. Но Феба отличалась изрядной проницательностью и наличием здравого смысла, и хотя романтическая сторона ее натуры с готовностью откликнулась на ауру трагической загадочности, окружавшую Ианту, некоторая прозаическая безапелляционность, проскальзывавшая в ней, настроила мисс Марлоу на критический лад.