Коварный обольститель

Рейнов вообще-то много, но насколько близки они с ним, я понятия не имею.

– Должен сказать тебе, Феба, что ты обязана была все это разузнать хорошенько до того, как вводить его в свой роман! – с явным осуждением заявил Том. – Ведь у твоего отца наверняка есть Книга пэров?[42]

– Мне неизвестно, есть ли она у него, – виновато призналась девушка. – Я и подумать не могла… То есть когда начала писать роман, мне и в голову не приходило, что его могут напечатать! Да, признаю́, теперь я жалею о том, что сделала Солфорда злодеем, но, в конце концов, Том, если я изменю всего лишь его внешность, то никто не догадается, кто такой Уголино! Это всё его злосчастные брови: не будь у Солфорда столь кровожадного вида, я бы ни за что не сделала его преступником!

– Что за вздор? – воскликнул Том. – Кровожадный вид, надо же! Да у него очень приятная внешность!

– А теперь уже ты переходишь все границы! – негодующе возразила Феба. – Улыбка у него, пожалуй, действительно обаятельная, зато в остальном он – воплощенное высокомерие! Я бы даже сказала – «презрение», но он не презирает всех остальных только потому, что попросту не замечает их.

– Полагаю, он и меня, по-твоему, не замечает? – с тяжеловесным сарказмом осведомился Том.

– Нет, потому что ты ему понравился, и теперь Сильвестру доставляет удовольствие выказывать тебе лестное внимание. Кроме того, – продолжала Феба, глядя куда-то вдаль прищуренными глазами, словно всматриваясь в облик герцога, видимый лишь ей одной, – я уверена, его задело, когда ты сказал ему, что он мне не нравится.

– Дернула же меня за язык нелегкая сказать такое!

– О, можешь не переживать по этому поводу! На мой взгляд, это пошло ему на пользу! – беззаботно отмахнулась девушка. – Уверяю тебя, Том, во время нашей предыдущей встречи в Лондоне он вел себя совершенно по-другому. Тогда у него не было надобности очаровывать такую серенькую мышку, как я; а теперь он буквально осыпает меня знаками внимания, добиваясь того, чтобы я начала боготворить его.

– А что в этом плохого? – парировал Том. – Вот что я тебе скажу, Феба: если ты в конце концов все-таки доберешься до Лондона, то лишь благодаря ему, а не мне! Он говорит, что отвезет тебя в столицу в своей карете, так что, ради бога, будь с ним повежливей!

– Не может быть! – вскричала девушка.