Забудь обо мне

На самом деле, мы никогда не были просто «папиком и молодой любовницей для здоровья и поддержания тонуса». И Бармаглот прекрасно это знает. Говорить об этом сейчас, значит, еще раз выставить себя не знающей чего хочет молодой вертихвосткой.

Даже если сейчас я не такая.

В этом-то вся и проблема.



Глава сотая: Сумасшедшая

— Очень щедрое предложение, Марк Игоревич, — через силу, мысленно приказывая себе не раскисать до тех пор, пока не останусь одна в каком-нибудь закрытом каменном мешке без окон и дверей. — Даже и не знаю, чем заслужила такие привилегии.

Бармаглот сводит брови.

Ни за что не поверю, что он не готовился к такой моей реакции, но все равно — что-то уже идет не так, как задумал. Выбивается из колеи как шар для боулинга, заброшенный абсолютным новичком."

"— А у меня, как у вашей бывшей, может, есть какие-то бонусы? — Закладываю руки за спину и иду к нему, как Русалочка, которая ходила по невидимым острым бритвам и не могла даже сказать об этом. Я улыбаюсь, улыбаюсь… Я лучше сдохну тут же, чем покажу, как мне больно. — Ну, допустим, прошедшие аккредитацию умения делать минет, отклячивать задницу? И что наша с вами разница в габаритах превращает утренний секс в душе в настоящий экстрим?

— Зай, заигрываешься, — предупреждает он.

Мне уже все равно.

Мне так больно, словно по душе прошлись напалмом и выжгли все до самого земного ядра.

Там нет ничего, что могло бы воскреснуть, возродиться в хоть бы какое-то подобие жизни.

Я все заслужила.

Но я… люблю его, и эти слова — они как самые острые гвозди в крышку гроба всех моих надежд.

Но ему же все равно.

Ему не нужно слышать, что я изменилась. Ему плевать, что я бы душу сатане продала, лишь бы отыграть все назад. Продала бы всю жизнь, даже если мне отмеряно лет девяносто за один год счастья рядом с ним. За то, чтобы делать вместе все те вещи, которые я раньше не видела и не понимала: обнимать его, когда спит, звонить, когда работает, чтобы спросить, когда вернется и что хочет на ужин.

И каждый-каждый день говорить, что мой мир без него просто развалится на кусочки.

Все это уже не имеет значения.

Мои чувства — как некрасивая болезнь: говорить о них не стоит, чтобы не портить аппетит окружающим.

— Я просто рассматриваю деловое предложение. Разве не так поступают умные куколки, Марк Игоревич? Обсуждают все плюсы и минусы, договариваются о количестве секса в неделю, обсуждают пакет услуг: «Полный минет плюс», «Максимум и стриптиз каждую субботу», «ВИП с задним приводом»? Предупреждаю сразу — я девушка порядочная и…

— Зай, реально заебываешь, — сводит челюсти.

— Что за дела, Марк Игоревич, я еще не озвучила расценки, а вы уже сливаетесь.

Мы смотрим друг на друга пристально и практически не моргая.

У этого мужика — самое красивое лицо на свете.