Обнаженный любовник

— Мэй, это мой хеллрен.

На кровати сидела женщина, вся в саже, она выглядела плохо, а кислородная маска закрывала большую часть ее лица… но не скрывала ее чувства.

Он слишком просто их считывал. И поэтому хотел увидеть ее.

Страдание было столь огромным, таким сильным… оно напомнило ему о себе.

Притянув к себе шеллан для поцелуя, Рив посмотрел на пациентку.

— Прости, что солгал тебе, — сказал он хрипло. — О том, что мне известно.

Женщина, сидя на койке, кивнула. Закашлялась. Не сводила с него налитых кровью глаз, но она не злилась на него. С другой стороны, она не испытывала ничего кроме боли.

— Я просто хотел, чтобы ты знала. И жаль, я ничем не могу тебе помочь.

Элена вытерла руки.

— Она бы хотела вернуться домой. Может, ты отвезешь ее, куда она скажет? В коридоре столько раненных.

Женщина на больничной койке сняла кислородную маску.

— Что произошло с ними? — спросила она сиплым голосом. — С Братьями?

Рив ответил на ее вопрос:

— На них напали тени. В центре города произошло серьезное сражение, словно демону было необходимо удержать Братьев в Коммодоре. К счастью, обошлось без жертв. Но они могли быть… когда внезапно все остановилось. Враг просто растворился в воздухе.

— Сэвидж, — сказала она хрипло. — Когда он утащил демона в огонь. Когда она умерла, действие ее чар закончилось. Он спас Братство.

Рив кивнул и посмотрел на закрытую дверь.

— Ну, это многое объясняет.

— Объясняет что?

— Почему все воины этого дома собрались у двери в твою палату.

— Прости, я не понимаю…

— Ты — женщина Сэвиджа. Поэтому проявляя заботу о тебе, они чтят его память. — Рив понизил голос. — Ты не одинока, как ты думаешь. Больше нет.

Последовала долгая пауза, а потом женщина сказала:

— Ты сильно ошибаешься. Без Сэвиджа я всегда буду одинока.

Глава 63

Два часа спустя, когда фары «Мерседеса» осветили фасад коттеджа Таллы, агония в груди Мэй снова усилилась… и она подумала, что ее боль была подобна пожару, который разожгла демон, и который резко распространился по всему дому.

Она закрыла глаза, гадая, сможет ли вообще войти, не то, что провести внутри целую ночь.

— Знаешь, ты можешь остаться в моем доме у озера, — сказал Преподобный. — Там безопасно. Там живут Избранные. Хорошее место для восстановления.

Мэй сосредоточилась на парадной двери.

— Нет, это мой новый дом. Мне нужно привыкнуть к этому.

И все же она не вышла из машины. Вместо этого она уставилась на темные окна, заросший сад, неаккуратные деревья.

— Здесь жила чудесная женщина, — сказала она печально.

И сейчас она видела путь к тому, чтобы стать подобием Таллы, пожилой женщиной, жившей в четырех стенах, бродящей среди огромной мебели, вылизывая все дочиста.

— Спасибо, что подвезли, — сказала Мэй, открывая дверь.