Обнаженная для зверя

Он не душа компании, никого никогда не веселит.

Но с семьей вел себя иначе. Оно и понятно. Какой дед устоит перед внуками, слушающие истории с открытыми ртами?

В основном это были байки из средневековья. Про демонов и крылатых вампирах. Про войны, что велись между кланами.

Про любовь тоже рассказывал.

Мальчишек, естественно, больше прикалывали истории про войнушку. А рассказы про девиц... ну так себе. Оборачиваясь назад, Анджей осознавал, что дела обстояли с точностью наоборот. Они замирали, почти переставали дышать, когда Владислав Вард рассказывал про воинов, что сражались за прекрасных дев. Девы иногда капризничали, в других историях вставали рядом с суженым и шли в бой.

Много интересного рассказывалось...

И как мужчины покоряли города, брали племена, завоевывали замки и территории, чтобы потом бросить завоеванное к ногам любимой женщины и получить желанное вознаграждение в виде поцелуев. И не только.

Про «не только» обязательно говорилось.

Как-то Арон спросил, а не были ли эти самые девы истинными, и дед как-то странно замолчал. Отвернулся и сделал вид, что надо поленьев в камин подбросить.

Никто из пацанов не знал сколько точно лет деду. Много... Шептались, что очень много. Шрамы у него тоже имелись. Такие, с которыми не справлялась регенерация.

Где-то два-три столетия назад многое изменилось. Тут история расходится. Даже копать в архивах глубоко не стоит, чтобы увидеть несостыковки. Историю переписывали часто.

И очень, очень мало информации было про истинные браки.

Кто их убирал? Зачем?

Открытые вопросы.

Была ли его истинной Сола?

Тоже хороший вопрос.

Но даже будучи в облике зверя, он рвался к ней.

Анджей довольно усмехнулся и рванул за Солой. Вот непутевая! Бунтует... Ну ничего... Пусть. Ей положено.

Она знала, что не сможет уйти. И когда Анджей её догнал, обняв за талию, зашипела, вцепившись рукой в ладонь.

- Немедленно отпусти! - потребовала она негромко и посмотрела на видневшиеся двери первых квартир.

Анджей непременно её зажал бы и к стеночке припер, затискал, если не опасался, что испачкается Сола. Подъезд трещал по швам. Штукатурка облезла, свисала некрасивыми кусками. По стенам грязь, металлические прутья на окнах не защищали, а, скорее представляли, угрозу.

- А нечего было убегать, - почти ласково сказал он, жадно втягивая в себя запах её волос.

Какая же она вкусная! Нереальная просто!

Так бы и держал, никуда не отпускал.

И трогал. Трогал.

Сола чаще задышала. Но не вырывалась.

- Пусти.

- Пущу. Минуту одну удели.

- Хорошо. Только... руки убери.

Убрать-то он уберет. Куда денется.

Сола снова посмотрела на двери соседей.

- Анджей...

Тот кивнул.

- Понял тебя. Держи.

Он протянул ей черную папку.

Сола недоверчиво на неё посмотрела.

- Что это?

- Возьми.

Он продолжил держать папку на весу.

- Нет.