Беременна по обмену. Дилогия (СИ)

— Да, леди. — Ответила Авина и взглянула мне в глаза. — Но сможете ли вы остаться в Жемчужном дворце? Если эрлорд женится, то…

— Не волнуйся, — с улыбкой откликнулась я. — Я все выдержу.

…подальше от Жемчужного дворца и Ардахейма. Задерживаться там или тем более прожить всю жизнь я не планировала. Сейчас поосвоюсь, изучу этот мир и буду продумывать пути отступления. Жаль, что тот помощник все никак не объявляется — к лучшему это или к худшему? Он был темной лошадкой. И имеет ли отношение он к сегодняшнему происшествию? С одной стороны, мне ведь ничего не причинило вред, а с другой стороны — кому бы понадобилось изменять ритуал? Этот вопрос не давал покоя, но я ведь и не Шерлок Холмс, чтобы начать самостоятельно искать разгадку.

Авина поклонилась и вышла, выкатывая тележку с пустыми тарелками на подносах.

Вернувшись в кровать, я взяла книгу и… тут же её закрыла. Устала! Подложив под живот подушку, я начала стучать по столбику кровати. В какой-то момент я застыла и постучала еще раз — странно, звук полый. Поднялась на колени, обхватив пальцами красивое резное навершие.

— А это еще что?

На резьбу не похоже, скорее, на стык. Потянув, я сняла набалдашник. Внутри столбик оказался действительно полым, а в нем… бумажки! Письма! Оглянувшись на дверь, я вытащила их и разложила перед собой. Запираться не имело смысла: Авина не придаст значения, что я тут делаю, а эрлорд может шагнут и прямо в спальню через портал, двери для него не препятствие.

Та-а-ак, ознакомимся!

Глава 8.4

Анвэйм Светлый, правитель Ардахейма

Аламинта… её было слишком много. Я не мог описать свои чувства, мной владел интерес, любопытство, тайна — они влекли, призывая разгадать все загадки дочери лорда де Шалиса. Откинувшись на спинку кресла в своем кабинете, я прикрыл глаза и воспроизвел в голове её образ — раньше он не казался мне таким нежным, притягательным и загадочным.

А сейчас… Сейчас Аламинты стало слишком много даже в моих мыслях.

Дверь открылась, и в комнату вошла эрледи. Она склонилась и села в кресло напротив. Сколько её помню, она всегда выглядела безупречно — пожалуй, это меня пугало в ней больше всего. Более того, она всегда была той, кто знал все наперед. Поэтому я не мог поверить, что снежинки были просто так.

— Не хотите мне что-то рассказать? — спросил, внимательно глядя на родственницу. — Желательно все: от начало и до конца.

Я поднялся на ноги и прошел к шкафу, где хранился запас алкоголя. Достав бутылку белого вина, я разлил его по фужерам и подал один из бокалов Джине. Женщина приняла его с благодарностью, слегка охладив заклинанием, и пригубила напиток. Я тоже сделал глоток и посмотрел на фужер: по хрусталю бегали солнечные блики. Они напомнили мне блеск глаз Аламинты — вызов, именно он давал такой эффект.