Обманутая жена

Было странным испытывать угрызения совести, но именно это со мной и происходило. Впервые в жизни.

Должен признать, что маленькая колючка была куда милее, чем дрожащая трусишка, которую я привык видеть рядом с собой.

Как же меня заводила эта новая Очаровашка! И как же трудно было оторваться от нее.

Решив, что небольшой напор не помешает, я настоял на одном номере, справедливо рассудив, что раз уж мы женаты, то хотя бы на сон в одной постели я имею право.

Правда, увидев ее выходящей из ванной в нелепой пижамке с сердечками, которая ну никак не могла считаться сексуальной, сильно пожалел о своем решении. Ну о каком сне могла идти речь, когда рядом находилось такое ершистое искушение?

Очаровашка заснула еще до того, как я вернулся в комнату, после того как простоял под холодным душем, пока мое возбуждение не утихнет. Я-то готовился к словесной войне и уже нашел уйму причин, по которым нам стоило ночевать вместе.

Приблизившись к кровати, я присел рядом с ней, наслаждаясь ее умиротворенным видом. Моя прелесть полностью укуталась в одеяло, прячась от меня даже во сне. Протянув руку, я убрал непослушный локон за ухо, наслаждаясь мягкостью ее волос.

Какая же она была милая. Словно фарфоровая статуэтка. Часами бы смотрел на нее без устали.

Жаль, что работа не могла ждать. Мне нужно было решить пару вопросов с поставщиками, которые я не мог доверить своему помощнику. Так что оторваться от своей девочки мне всё же пришлось. Подхватив свой планшет, я устроился на диване, чтобы не мешать сну Очаровашки.

Я почти закончил читать новый договор поставки, когда Эла начала жалобно стонать сквозь сон.

Чертыхнувшись, я отбросил планшет, взбираясь рядом с ней на кровать и пытаясь ее добудиться. Отброшенное в пылу борьбы одеяло больше не прикрывало ее, и тут я заметил то, что заставило мою кровь бешено понестись по венам.

На бледных хрупких плечах Элы отчетливо виднелись шрамы от порезов. И учитывая то, скольких людей я пытал, я прекрасно осознавал, от чего они остались.

Ублюдок методично резал ее, оставляя ровные полосы вдоль плеча и лопатки!

Как жаль, что я не могу возродить его и опять убить! Я бы делал это снова и снова, будь это в моей власти. Как кто-то вообще мог даже подумать о том, чтобы доставить ей боль таким чудовищным образом?! Как могла подняться рука на такую хрупкую и маленькую девочку?

Чертов садистский ублюдок! Радовало лишь то, что он получил сполна, прежде чем сделать свой последний вздох.

Ее борьба и дрожащее тельце затуманили мне голову. Иначе как объяснить то, что я наговорил ей об убийстве ее обидчика?

Я ведь не хотел, чтобы Эла связывала меня с миром преступности, а тут просто взял и выложил ей всё!

Но правда заключалась еще и в том, что я хотел, чтобы она знала – бояться нечего.