Обманутая жена дракона или заброшенная усадьба попаданки

- Отбытие куда? - интересуюсь, вопросительно изогнув бровь.

- В Змеиную Пасть, милорд.

Глава 21

Виктория Эллеринг

Тру заспанные глаза, прислушиваясь к шуму за окном.

Наверное, это ветер колышет ветки, и те приглушённо хлопают листьями по стеклу."

"Переворачиваюсь на левый бок, лицом к стене и морщусь от чувствительного укола острым, сухим стеблем сквозь плотный слой ткани и простыню.

“Вот обживусь, накоплю и сделаю себе пуховую перину,” - мечтаю, и краешки губ расползаются в улыбке. Сквозь полуприкрытые глаза разглядываю едва заметные узоры на стене.

Тук-тук-тук! Тук-тук!

Нет, это не ветка. Если только деревья не научились азбуке Морзе. Сначала три быстрых стука, пауза в пару секунд и ещё два.

Страх окутывает меня с ног до головы липким, холодным коконом. Каждую клеточку тела пробивает озноб, и, несмотря на жару в комнате, я заматываюсь в пододеяльник, превращаясь в гусеничку с высунутыми наружу руками.

Осторожно поворачиваю голову, но изголовье находится справа от окна, и я не вижу, кто этот незваный визитёр.

Прокашливаюсь и сурово чеканю:

- Уходите прочь!

Правда, сурово это слышится лишь в моей голове, а на деле из горла вырывается жалкий писк. Таким никого не напугаешь.

Тук-тук-тук!

Мысленно считаю до трёх и решаюсь встретиться лицом к лицу с ночным кошмаром. Нарочно отворачиваю голову, пока выпутываюсь из пододеяльника, ставлю босые ступни на тёплые доски и быстро, опасаясь передумать, выпрямляюсь.

Сглатываю застрявший в горле ком, поворачиваюсь лицом к окну и медленно оседаю на пол. По другую сторону стекла на меня смотрит жуткая потусторонняя морда с горящими вертикальными зрачками.

- Отче наш! - сбивчиво бормочу я и принимаюсь крестить свирепую клыкастую рожу, а она, вместо того, чтобы зашипеть и растаять, лишь недоумённо хлопает глазами.

Подождите!

Взгляд знакомый.

Прищуриваюсь и бесстрашно подползаю поближе, узрев в ночном госте спасшего меня от летунов дракона.

- Здравствуй, мой хороший! - воркую, распахнув окно, и провожу ладонью по сухой, горячей чешуе у носа.

Дракон миролюбиво урчит и прикрывает глаза от удовольствия. Ловит щекой ладонь, ластится как кот, выдыхая тонкие струйки дыма, приятно пахнущие костром.

- Чем бы тебя угостить? - верчу головой по сторонам и замечаю прихваченный на ночь пирожок. - Будешь? Правда, он с капустой.

Хватаю сдобу, кладу на раскрытую ладонь и протягиваю красавцу-зверю, но вдруг откуда-то издалека доносится раздирающий душу вой.

Дракон рычит и неохотно отступает. Глаза наливаются жидким пламенем, а зрачок пульсирует, то сужаясь, то затапливая чернильной тьмой всю радужку.

- Тебе пора? - спрашиваю с лёгкой грустью, глядя на кусочек вкусной сдобы. - Ты ещё вернёшься?

Махина раскрывает пасть и моментально смахивает угощение своим длинным шершавым языком.