Обманутая

А вот Шон, этот впечатлительный подросток, нуждавшийся в любви и заботе, который в семье был наименее стойким, и, глядя на которого, Джейн видела перед собой тонкий стебелек на ветру, – за него она тревожилась больше всего. И уже из-за него не могла простить родителей. Джейн поняла, что слишком четко выражала эти мысли, особенно при Шоне.

– Этот человек разрушил нашу жизнь, – продолжал Шон. – Дилана и папы с мамой. Твою. Мою.

Именно от этих мыслей Джейн и пыталась всячески отделаться. Ей не хотелось говорить о разрушенной жизни. Даже думать не хотелось.

– Мы еще можем устроить свою жизнь, Шон, – сказала она.

– Только не я, – возразил брат.

– И ты сможешь.

– Хотел бы я разыскать этого типа. Который сбил Дилана.

Джейн улыбнулась. Шон-мститель.

– И что потом?

– Я бы спросил его, почему он это сделал. Почему он просто сбежал."

"Никто не брался сказать, могло ли все сложиться иначе, если б Дилану вовремя оказали помощь. В какой мере на его состоянии сказались эти упущенные полтора часа. Но одной лишь вероятности, что эта задержка повлияла на его дальнейшую судьбу, оказалось достаточно, чтобы наделить Шона уверенностью: это ключевой момент. Если б водителю хватило мужества и совести, чтобы сразу вызвать «скорую», это избавило бы их от худшего.

– Шон, мы никогда его не найдем. Столько времени прошло… Придется смириться с этим.

– Я не могу смириться.

– Нужно смотреть в будущее. Что случилось, того не изменишь. Мы должны двигаться дальше.

– Я ни о чем другом не могу думать, – сказал Шон. – Только об этом водителе. И о том, как он уехал.

Могла ли она в тот момент предположить, что мысль, зародившаяся в голове подростка, позднее перерастет в одержимость?

– Шон, – сказала она тихо, – а знаешь, о чем я думаю?

– О чем?

– Пойти в полицию. В смысле работать.

– Хочешь стать полицейским?

– Почему бы и нет?

– Они же так облажались с Диланом!

– Может, я буду лучше, чем они.

– Вот это да! – Шон был под впечатлением. – Моя сестра. Полицейский. Потрясно!

Теперь, спустя столько лет, едва ли Джейн могла сказать, что пройденный до этого дня путь хоть в чем-то был потрясным.

7

Калеб приехал в Ливерпуль и, едва оказавшись в фабричном квартале, сразу заметил, что Кадира нет на его привычном месте.

Оставалось надеяться, что это не значило ничего дурного.

Калеб заглушил мотор и вышел. Для начала он направился в квартиру Грейс Хенвуд, хоть особо и не надеялся, что родители как-то узнали, где могла прятаться их дочь.

Ему открыла миссис Хенвуд. Вид у нее был еще более несчастный, чем в прошлый раз. Хотя, казалось бы, куда уж хуже.

– Детектив, – сказала она тихо. Вероятно, еще помнила его. – Грейс так и не объявилась. И мы понятия не имеем, где бы она могла быть. Полиция опросила всех ее одноклассников. И ничего.