Обманутая

Или этот человек стал движущей силой в ее жизни? Но какому мужчине захочется видеть ребенка своего предшественника? Ребенка, который не играл никакой роли в жизни матери?

Стелла не могла дождаться возвращения Джонаса. Ей необходимо было с кем-нибудь поговорить. С кем-то, кто смог бы успокоить ее. Кто развеял бы тревоги, которые Стелла не могла даже толком выразить.

С самого начала процедура усыновления пошла совсем не по плану. Второго мая родился долгожданный ребенок, и его сразу передали приемным родителям. Незадолго до истечения испытательного срока, во время которого биологическая мать могла обдумать свое роковое решение и повернуть все вспять, случилось худшее. Представители опеки вновь связались со Стеллой и Джонасом и сообщили, что Сэмми, к их сожалению, не сможет остаться с ними.

– Биологическая мать решила оставить ребенка. Она не может вынести разлуку и хочет во что бы то ни стало вернуть его.

Мир рушился на глазах у Стеллы.

– Но так нельзя! Он у нас уже почти пять недель. Мы полюбили его. Это наш ребенок. Она не может забрать его у нас!

Женщине из департамента опеки этот разговор явно давался непросто.

– Мне очень жаль, миссис Крейн. Мне искренне хотелось бы избавить вас от этой боли, но в правовом отношении у меня связаны руки. Я должна действовать согласно предписаниям, мне не остается ничего другого.

– Но этой девочке всего шестнадцать лет!

– Да. Она очень молода, и сама ситуация крайне непростая. И все же…

Сэмми забрали. До конца своих дней Стелла не сможет забыть этот миг. У нее словно вырвали кусок из сердца. И несмотря на то что произошло после, эта рана навсегда останется в ее душе.

Следующие три недели Стелла постоянно посещала доктора Бента и глотала успокоительные, а Джонас не выходил из дома, опасаясь, что жена что-нибудь сделает с собой. Но на исходе третьей недели им снова позвонили из департамента. Что-то пошло не так. Мать Сэмми чувствовала, что не справляется, и уже сомневалась, разумно ли поступила, решив оставить ребенка. Она терзалась мыслью, что губит свою жизнь и лишает себя всяких шансов на будущее, но вместе с тем при мысли отдать ребенка ее мучили угрызения совести.

– Она хотела бы встретиться с вами, миссис Крейн. Понимаю, это противоречит соглашению, но…

– Да?"

"– Думаю, есть большая вероятность, что она согласится передать ребенка, если познакомится с будущими родителями и убедится, что у них Сэмми действительно будет хорошо. В общем-то, она понимает, что не сможет обеспечить ему достойное существование. Все что ей нужно, это ощущение уверенности, правильности своего решения, и знакомство с вами наверняка даст ей такую уверенность.

– Но это нарушит условия анонимности.

– Да. И я пойму, если вас это не устроит.