Обманутая

Неужели вы этого не понимаете?» Но от этого стало бы только хуже. Следовало сохранять спокойствие и вести себя прагматично.

– Терри, разве вы не помните самый первый наш разговор? После того как вы забрали Сэмми и это стало для вас непосильным испытанием? Тогда вы показались мне очень искренней. Девушка, сама еще ребенок, совершенно сбитая с толку и желающая поступить как можно лучше ради своего ребенка… В тот момент было совсем не похоже, что вас кто-то понуждает.

– Да, – произнесла Терри, – но так оно и было. Меня понуждали. Родители из меня душу вытрясли. Потом эта женщина из департамента… Все говорили, как оно будет лучше для Сэмми. Никто не поинтересовался, как было бы лучше для меня.

– Мы с Джонасом на вас точно не давили, – сказала Стелла.

Терри пожала плечами. Не похоже было, чтобы приведенные аргументы ее убедили. Стелла не могла сказать, как складывалась ситуация для Терри пять лет назад, но сейчас ею определенно манипулировали. Ее подчинил своей воле человек, которому она по неизвестным причинам была безоглядно предана.

– Для вас будет лучше всего, – сказала тем не менее Стелла, – если вы порвете с Нилом. Разве вы не понимаете, какой опасности себя подвергаете? Вы можете в конечном счете сами оказаться за решеткой.

Терри снова пожала плечами.

Бесполезно.

– Нельзя хотя бы перенести Джонаса к нам? – попросила Стелла.

– Я спрошу Нила, – ответила Терри и повернулась к двери.

– Нам нужно ходить в туалет, – сказала Стелла. – Ведро или что-нибудь такое…

– Я скажу Нилу, – повторила Терри, после чего дверь захлопнулась.

Стелла и Сэмми снова остались вдвоем.

Суббота, 7 июня

1

Сью Барли еще не оправилась от известия о смерти Мелиссы. У нее были заплаканные глаза и неестественно бледное лицо. Она жила в домике на окраине Уитби, небольшом коттедже с белыми оштукатуренными стенами, выделяющемся в окружении вытянутых краснокирпичных таунхаусов. Очевидно, Сью страстно увлеклась садоводством, потому как палисадник пестрел всеми мыслимыми оттенками. Среди идеально подрезанных кустов и деревьев, керамических кадок с пестрыми цветами стояли всевозможные фигурки ангелочков с крыльями и натянутыми луками. Кейт передернуло от такого зрелища."

"Внутри взору открывалась такая же картина чрезмерного декора. Стены были увешаны картинами, раскрашенными вручную тарелками и маленькими салфетками с вышитыми на них позитивными фразами. На каминной полке и на подоконниках теснились фотографии в рамках, цветочные горшки, фарфоровые чашки, маленькие куклы и мягкие игрушки. Это было убийственно. Кроме того, Сью, по всей видимости, питала слабость к толстым плюшевым коврам пестрых расцветок и креслам, украшенным где только возможно помпонами и кисточками.