Милая обманщица

Джулиан наклонился и накрыл губы Касс своими. Вкус их оказался настолько чудесен и сладок, что он тихо охнул от неожиданности. Реальность оказалась гораздо прекраснее фантазий.

Джулиан притянул Кассандру к себе, и она прижалась к его груди. Язык Свифта скользнул в жаркие глубины ее рта, отчего кровь быстрее заструилась по жилам, а плоть сделалась болезненно тугой и чувствительной.

Касс ответила на призыв охотно и страстно. Она тихонько постанывала и крепче прижималась к Джулиану.

Его поцелуй становился все более глубоким, горячим и требовательным. Он никак не мог им насытиться и не желал остановиться. Пэйшенс казалась ему божеством.

Только вот она не была… Кассандрой."

"Реальность ворвалась в сознание Джулиана с оглушительной силой. Он прервал поцелуй и, тяжело дыша, прижался лбом ко лбу Пэйшенс. Нет. Нет. Нужно перестать думать о Касс. Сейчас не время. К тому же она любит другого.

Джулиан стиснул зубы. Что, черт возьми, с ним происходит? Как он может думать о Касс в такой момент? Он притянул Пэйшенс к себе и возобновил поцелуй. Будет ли Касс пахнуть точно так же? Будет ли такой же неотразимой красавицей, перед которой невозможно устоять?

Джулиан вновь отстранился, взяв Пэйшенс за плечи. Черт возьми, он не мог перестать думать о Касс. Джулиан тряхнул головой, словно это помогло бы избавиться от преследующего его образа Кассандры.

А она смотрела на него своими большими голубыми глазами, которые так напоминали ему глаза Касс. Джулиан вновь тряхнул головой. Он окончательно сошел с ума, раз желает Касс столь сильно, что даже видит ее черты в совершенно другой женщине. Это было не просто неправильно. Это было ужасно нечестно по отношению к Пэйшенс.

Кассандра хлопала ресницами, совершенно сбитая с толку.

Проклятье. Это его вина. Джулиан ненавидел себя за то, что собирался сказать.

– Мне жаль, мисс Банбери… Пэйшенс, я думал, что смогу, но не смог.

Глаза Касс наполнились слезами.

– Я понимаю, капитан, – пробормотала она.

Джулиан чувствовал себя последним негодяем. И был таковым. Разве благородный мужчина станет целовать такую милую девушку, как Пэйшенс Банбери, чтобы потом внезапно оттолкнуть от себя? Она не заслуживала подобного обращения. Ведь прошлым летом она уже пережила нечто подобное. А теперь вынуждена терпеть грубости Джулиана. Он не станет ее осуждать, если она возненавидит его до конца своих дней.

– Господи, Пэйшенс… мисс Банбери. Я – настоящий негодяй. Но поверьте, я совершенно не хотел вас обмануть или обидеть. У вас есть брат? Отец? Я уверен, один из них захочет вызвать меня на дуэль.

В тишине библиотеки голос Касс прозвучал еле слышно:

– Прошу вас, капитан Свифт, не нужно больше извинений. Вам не за что передо мной извиняться. Прошу вас, просто уходите.