Обманчивая тишина

Когда я прихожу, ко мне подойдет человек и скажет: «Гутен таг, Август, то есть Фридрих Августович». У него был с собой бутылка вина. Хороший вино: мускат «Красный камень». Мы пили до дна. Я пил и думал, как мне пойти к вам.

— Когда это было, товарищ Верман?

— Это было… это было… сегодня есть двадцатый август, а то был семнадцатый август.

Семнадцатое августа! На следующий день после прогулки по городу Кузьмы Данилыча… Есть ли между этими эпизодами связь? Загадка. Кто этот приезжий? И приезжий ли он? Загадка за загадкой, а где разгадки? Ну, так или иначе, но все станет проясняться. Весь вопрос в том, как: так или иначе? О, это далеко не безразлично. И для дела. И для меня.

Так я подумал, а сказал другое:

— Товарищ Верман, и вам и нам следует действовать крайне осторожно. Ваша семья не должна пострадать. Даю вам слово, что вы не пожалеете, что пришли к нам.

— Товарищ, я все равно не пожалею. Я инженер, но я пролетарский человек. Я очень люблю своя фамилия, но я не предатель Советская Россия.

Это прозвучало чуть высокопарно, быть может, но зато было сказано с чувством. С искренним чувством.

— Большое спасибо, товарищ Верман. Условимся так. Вот вам мои телефоны. Как только придет открытка, сразу звоните. Сразу! В любое время дня и ночи. Звоните из автомата. Если меня не будет, передайте: звонил… ну, скажем, Василий. У вас нет телефона? Ах, есть! Чудесно. Сейчас запишу. Ну и в экстренном случае позвоню вам сам. И, надеюсь, вы ни с кем не станете делиться тем, что произошло?

— Конечно, товарищ. — Фридрих ответил совершенно спокойно, без тени обиды: дело есть дело.

— А домой я вас сейчас завезу на машине.

— Зачем? Дождит уже совсем меньше…

— Да вы не беспокойтесь. Я ведь и сам еду домой.

Дома я рассказал ребятам о неожиданном появлении молодого Вермана.

— Ну, Алексей Алексеич, — торжествующе сказал Славин, — так кто из нас физиономист?..

57. Остановись, мгновенье!

Под выходной день около четырех часов в нашем гостиничном номере затрезвонил телефон. Говорил Иван Михайлович Шевцов. Сигнал Шевцова был чрезвычайный.

Инженеру позвонил Штурм, вызвал его на рандеву и приказал через час прибыть в городской сад и в потоке гуляющих направиться в боковую аллею. В правой руке держать номер журнала «Судостроение». В конце аллеи Шевцову следовало отойти в сторону, положить журнал в правый карман пиджака, повернуть по аллее обратно. Так он должен был прогуливаться, покуда его не обгонит человек, который на ходу сунет ему спичечный коробок. После этого инженер должен был отправиться на вокзал, взять билет на харьковский поезд и доехать до станции Зиминка. В Зиминке ему предстояло выйти и взять билет на поезд, следующий в Одессу, в международный вагон.