Испанский любовный обман (ЛП)

Но чем больше мы раскачивались, тем дальше я была от ощущения чего-либо, напоминающего покой. Не тогда, когда Аарон был таким… большим, твердым и теплым рядом со мной."

"Наверное, поэтому я и споткнулась. Прежде чем я поняла, что происходит, мои ноги перепутали ритм и спутались вместе, и они, вероятно, отправили бы меня прямо на пол, если бы не мужчина — пара сильных рук, крепко обхвативших меня, — который удерживал меня на месте.

— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя, как мое лицо горит, а тело напрягается еще больше. — И прости.

Господи. Я никогда так сильно не краснела за одну ночь. Я не узнавала себя.

Руки Аарона крепче обняли меня.

— Просто меры предосторожности, — сказал он, притягивая меня еще ближе.

Каждое нервное окончание в моем теле превратилось в конец провода под напряжением. Мою кожу покалывало, сердце бешено колотилось, а в голове все кружилось.

— О. Хорошо, — слова достигли моих ушей, сдавленные, как будто они вырвались из меня с бульканьем. — Спасибо.

Кожа на моем лице еще больше нагрелась.

Аарон замурлыкал, как раз в тот момент, когда его большой палец очень легко коснулся моей спины, нарисовав один-единственный круг, который оставил крошечный след из гусиной кожи позади. Мурашки пробежали по всем уголкам и укромным уголкам моего тела.

Как бы я ни убеждала себя, что это была простая физическая реакция на то, что меня прижимают к мужскому телу, обнимают мужские руки, в конце концов, это было мужское тело Аарона и руки Аарона. Итак, либо я слишком долго была одной, либо сходила с ума. Потому что это было… приятно. Действительно приятно.

Чертовски приятно.

Эти океанско-голубые глаза на мгновение остановились на моих губах. Так быстро, что я была убеждена, что мне это почудилось. Но это не имело значения, потому что затем его лицо опустилось, приблизившись так близко, как никогда раньше, и заставило меня забыть обо всем этом. Вместо этого заставляя меня замечать детали, на которые я раньше никогда не обращала внимания. Например, какими полными были эти губы, которые я так часто видела сжатыми в линию. Или как его ресницы были длинными и темными и так идеально обрамляли голубизну его глаз. Или как я могла видеть линии мягких складок, украшающих его лоб, прямо над тем местом, где покоилась эта хмурая, почти неподвижная черта.

Я была так погружена во все это, что одна моя нога снова споткнулась, но руки Аарона крепче обхватили меня за талию, когда он повернул голову в одну из моих сторон.

— Разве ты не должна быть хороша в этом, Каталина? — спросил он в нескольких дюймах от моего уха. Я почувствовала, как воздух покидает его рот на моем виске.