Облом для властного или Я твой Зайчик [СИ]

 — Кофе будешь?

Под кофе, который притащила Мила, Луганский рассказал Андрею всю историю, предварительно взяв с него торжественную клятву о конфиденциальности.

— Да-а-а, нагнуть Ярцева будет ой как непросто, — выслушав Михалыча, резюмировал юрист. — Он не последний человек в городе и судя по твоей истории делиться кровно нажитым не собирается. Я, конечно, напишу претензию, но что это даст?

— По-честному тут не получиться. — Вася достал из кармана пачку сигарет и, чиркнув зажигалкой, с наслаждением затянулся. — Я дам тебе людей, которые помогут нарыть нужную информацию. Мне начальник областной налоговой по гроб жизни обязан. Вздрюкнут они нашего Ярцева как следует. Так, что он будет только рад откупиться. Ну что, берешься?

— Двойной тариф и два процента сверху, — предупредил Андрюха.

Вот еврейская рожа!

— По рукам, — хмыкнул Царь и очень довольный собой, откинулся на спинку стула.

Озадаченный новым делом, парень быстро собрал свои юридические манатки и, взяв след не хуже охотничьего пса, с ярым энтузиазмом почесал к налоговую.

Вот что с юристами заветные два процента делают!

Заметно повеселев, Вася пружинисто оттолкнулся от своего крутого кресла и пошел в приемную, чтобы проинспектировать, чем таким занимается Мила, что ее уже минут двадцать ни видно и не слышно.

Открыв дверь, Вася застал самую что ни есть невинную картину: девушка сидела на своем рабочем месте и сосредоточенно гипнотизировала подарок нового программиста — шредер. Вид у Милочки был более чем озадаченный: хмурые бровки, поджатые губки и неестественно прямая спина, прямо-таки и кричали о серьезной мозговой деятельности.

— Мила, что-то случилось?

Девушка словно очнувшись ото сна, вздрогнула и посмотрела на начальника.

— Нет, Василий Михайлович.

— А чего у тебя вид такой грустный? — почти по-отечески произнес Царь.

Девушка подумала-подумала, делиться ли ей своими переживаниями и трагически выдала: — Я тупая.

«Тоже мне новость» — подумал Вася, а вслух сказал:

— Что ты, Милочка! Кто так сказал?

— Никто, — шмыгнула носом секретарша. — Я сама так думаю.

Бабских слез Вася, как и любой другой мужик терпеть не мог, а на рабочем месте и подавно.

— И что заставило тебя подумать?

— Вот! — Мила ткнула пальчиков в шредер. — Я никак не могу понять, как этой штукой пользоваться.

— Этим что ли?! Да, я сам не с первой попытки додуткался, как пользоваться этой адской машиной, — картинно всплеснул руками Луганский. — Давай я тебе покажу?

— Покажите, — мгновенно посияла Милочка. — Вы такой добрый Василий Михайлович, — и протянула ему лист бумаги.

Вася нажал кнопку пуска и засунул лист в недра голодающей машины, которая быстро его пережевала.

— Готово! Теперь сама попробуй.