Любовь к драконам обязательна

 — Пожалуйста, позвольте мне провалиться под землю от стыда, а лучше провалите все мое семейство!»

— Ой, молодой человек, почему ваше лицо мне кажется таким знакомым? — вдруг опомнилась матушка. — Разве не вы притащили тогда Терезу на плече?

— Точно он! — с подозрительностью буркнул отец.

— Именно я, госпожа Амэт, — с весельем в голосе раскрылся Элрой и поздоровался со всей честной компанией: — Добрый день, господин Амэт. Девушки?

Ну, все! Святые угодники разверзнуть брусчатку не пожелали, чтобы я спаслась от смертельного стыда, придется рыть яму самой. Голыми рученьками, ломая накрашенные ноготки. В могиле дурным маникюром все равно никого не напугаешь.

— А что же вы делаете в парке? — засюсюкала матушка. — Вы же вроде судебным заступником работали… А! Получили отставку, да?

Почему мачехе даже в голову не пришло, что человек мог просто заниматься благотворительностью в свободное от судебных процессов время? Судя по обескураженному молчанию шефа, он тоже озадачился подобным вопросом.

— Не переживай, милый, — вздохнула Летиция. — У вас, у заступников, страшная конкуренция. Вон наша Тереза днем и ночью ведь работает. Все кого-то разводит, разводит… Держи карточку нашего трактира. Приходи в «Душевное питье», мы тебя бесплатно накормим. Ты такой красивый, тебе голодать нельзя…

Точно! Зароюсь и самостоятельно похороню себя заживо!

— Благодарю, госпожа Амэт. — Голос Элроя сочился таким довольством, как у безработного, вдруг получившего в наследство от почившего дядюшки золотой слиток.

Когда они наконец пожелали покинуть палатку, то Таннер позвал:

— Все чисто.

Схватившись за край прилавка, я кое-как вынырнула наружу. Лицо горело, точно сигнальный фонарь, а отсиженные ноги кололо иголками. Оказалось, что очередь рассосалась. Похоже, всех влюбленных в бесплатный пунш дам распугало мое буйное семейство.

— Простите за слова матушки, господин ди Элрой, — покаялась я. — Она не со зла.

— У вас чудесные родители. — Он так улыбался, что оставалось неясным, серьезно ли говорил или издевался. — И теперь у меня тоже есть карточка трактира!

Шеф продемонстрировал прямоугольник со словами «Душевное питье» со столь блаженным видом, словно его приняли в тайный мужской клуб, и вдруг скомандовал:

— Вниз!

Сама не ожидала, но под прилавок мы нырнули вместе. Сгорбились, как грибочки, едва не прижимаясь лбами.

— Мои вернулись? — тихо зашептала я. — Надо было сразу бутыль наливать! Им вечно всего мало!

— Даниэла появилась.

— Какая еще Даниэла? — недоуменно свела я брови и вдруг припомнила светловолосое создание со сладким голосом и стальными мускулами, способное одной левой удержать неподъемную корзину еды. — Так вы нарочно меня под прилавок загнали?!

— Да.