Любовь к драконам обязательна

Шоколад был собран. Мы схватились за коробку с двух сторон, одновременно потянули. Я недовольно подняла голову и вдруг едва не впечаталась в губы Элроя, так близко он находился!

— Мама родная! — отпрянула я, и конфеты снова покатились по паркету.

— Не падайте!

Элрой схватил меня за локоть, не давая кувыркнуться на спину. Некоторое время мы странно балансировали, а потом все-таки рухнули. Дракон как-то ловко сгруппировался, уперся ладонями в паркет и навис надо мной, словно коварный соблазнитель, добравшийся до невинной монашки. Ошарашенные конфузом, некоторое время мы не шевелились. Я цепенела от осознания, что ко мне нижней половиной тела прижимался Элрой, а он, по всей видимости, — от изумления, что в принципе валялся посреди собственного кабинета. Вряд ли до появления в его жизни личного стажера он обтирал полы конторы, как, впрочем, любые другие полы, дорогим костюмом.

— Надо встать, — подкинул он здравую мысль.

— Да, пожалуй, — согласилась я.

Таннер откатился, выпрямился и подал руку:

— Поднимайтесь.

— Нет! — испуганно выпалила я. — Не надо мне помогать. Я сама как-нибудь…

Самой пришлось для начала снять туфли на высоких каблуках, а потом уже, судорожно оправляя юбку, подняться. В отличие от меня, совершенно ошеломленной пережитой близостью крепкого мужского тела, Элрой сохранял видимую невозмутимость.

— У тебя в волосах… — Он протянул руку к растрепанной шевелюре, и я испуганно попятилась:

— Я за уборщицей!

Выскочила в приемную с такой проворностью, словно за мной гнался отряд разозленных будущих жен Дракона. Под озадаченным взором мадам Паприки, втихомолку почитывавшей детектив, я оперлась о столешницу и перевела дыхание.

— Госпожа Амэт, у вас все в порядке? — уточнила она странным голосом.

— Все отлично! — нервно улыбнулась я. — Мы там шоколад просыпали… а потом еще разок. И растоптали. Пойду за уборщицей.

— Босая? — сухо заметила Паприка.

— Ах, это… — Я по-дурацки посмотрела на босые ноги в тонких чулках. — Знаете, я тут прочитала, что для ступней самое естественное состояние — это ходить без обуви. Вот решила попробовать.

— В конторе?

— Ну, по улице еще холодновато ходить босой.

— Осторожнее, — фыркнула она мне в спину, — в коридоре грязные полы.

— Ладно, вы правы! — обернулась я. — Можете одолжить на пять минут свои туфли? А то у моих сломался каблук. В смысле оба каблука. Одновременно…

На лице Паприки появилось выражение искреннего, ничем не замутненного изумления. Вряд ли выщипанные брови могли заползти на лоб выше, а уж когда из кабинета вышел Элрой с туфлями, то у нее еще и челюсть отвалилась.

— Вы забыли, Тереза, — вымолвил он, ставя обувку с целенькими, даже не поцарапанными шпильками на край секретарского стола.