Обет обмана

Я не проснулась сегодня утром, и мне опять снится кошмар.

Я зажмуриваюсь, потом снова открываю глаза.

Лия все еще там, смотрит, но не на меня. Ее взгляд не последовал за мной, когда я споткнулась.

Я щиплю себя в отчаянной попытке проснуться, но меня встречает только жгучая боль.

Все мое тело дрожит, когда я снова приближаюсь к ней. Она продолжает смотреть, но ничто на ее теле не шевелится. Ни ее руки, ни конечности.

Она как будто спит с открытыми глазами.

— Лия. — шепчу я, боясь, что что-нибудь более громкое заставит ее вскочить с кровати и перерезать мне горло, как в моем последнем кошмаре.

Она никак не реагирует на мои слова. Ее глаза все еще смотрят вперед, пойманные в чужой стране. Я провожу рукой перед ее лицом, но она не реагирует.

Она даже не моргает, полностью в трансе. Теперь, когда я больше не в шоке, я вижу, что ее глаза пустые, светлее моих, как будто чувства, которые делали их яркими, полностью исчезли.

Я медленно касаюсь ее плеча, хотя мое тело отвернуто, готовое в любую секунду выскочить отсюда.

Лия не двигается. Ни на дюйм.

Она парализована? Ее мозг мертв? Что именно заставляет человека оставаться в таком состоянии, не делая ни единого движения?

— Лия… — снова бормочу я.

Ничего.

Но это не приносит мне облегчения. Если уж на то пошло, то ужас и мрак из прошлого врезаются в мою грудную клетку и затягивают петлю вокруг моего сердца.

Моя нога вибрирует, и я задыхаюсь, думая, что Лия коснулась меня.

Это телефон. Просто телефон.

Дрожащими пальцами я достаю его. Текст, который приветствует меня, углубляет мое дрожащее состояние.

Неизвестный номер: Ты уже нашла свою миссию?

Мой взгляд скользит от экрана к Лие и обратно, сердце колотится где-то в горле.

Он… Тень имеет к этому какое-то отношение? Я набираю ответ.

Лия: Это как-то связано с Лией?

Неизвестный номер: Ты стала Лией Волковой не просто так. Найди это. Сделай это. Я теряю терпение, Герцогиня.

— Что, черт возьми, это должно означать? — бормочу я себе под нос.

Голова Лии поворачивается в сторону под неестественным углом, как будто вот-вот сломается. Ее глаза быстро моргают, а рот открывается, когда из него вырывается долгий стон боли. Он сырой, глубокий и чертовски навязчивый.

Я выбегаю из ее комнаты, хлопнув за собой дверью. Мои пальцы дрожат вокруг телефона, когда я бегу. Я не останавливаюсь, пока не оказываюсь снаружи.

Мое сердце колотится в горле, и я почти уверена, что охранники это замечают, но если и замечают, то никак не комментируют.

Я заставляю себя идти умеренным шагом, пока не добираюсь до главного дома. Я бегу вверх по лестнице, врываюсь в спальню и прячусь под одеялом.