Обет молчания

Что это? Плохо исполненная попытка убрать слишком много узнавшего курьера? Беспроигрышный захват — ударить машиной, свалить с ног и, выскочив из салона, связать оглушенную жертву? Откатываясь и зажимая ушибленную ногу, я уже прикидывал свои действия на секунду, на минуту, на час вперед, уже просчитывал плюсы и минусы ближнего рельефа и как с максимальной пользой использовать немногочисленных зевак-прохожих. Продолжая играть болевой шок, я смещался в избранном направлении, перегруппировывался, принимая наиболее удобную позицию для защиты.

Но на этот раз я ошибся в подборе вариантов…

Из машины выскочил побелевший, трясущийся от страха, весь какой-то уютный, как домашняя ватрушка, мужчина лет сорока и охая, причитая и икая, запрыгал подле меня как наседка над разбежавшимися цыплятами.

— Как же так произошло-то? Ай-ай! Вы ушиблись? Сильно? Ой, как же это? Вы уж простите…

Теперь, когда опасность миновала, никто не нападал, никто не выламывал руки, я вспомнил о цели своего визита. До контрольного срока оставалось еще несколько секунд. Почти наверняка курьер находился где-то рядом и, значит, наблюдал происшествие. Следуя правилам — даже мелкую непредвиденную случайность истолковывай как опасность, а тут целой машиной в бок! — он наверняка отменит встречу. Но это полбеды! Беда, если он примет это досадное ДТП за чей-то злой умысел, не поверит, что это не более чем случайность. Тогда меня отлучат от дела, изолируют, лишив всяких контактов. Осматриваясь, я пытался узнать в толпе зевак своего связного. Кто он? Кто? Тот спортивного вида парень? Женщина с авоськой? Средних лет мужчина с портфелем? Кто?

— Вы можете встать? Вам не больно? — бегал вокруг, причитал, тормошил меня водитель, то и дело перекрывая своим пухленьким телом обзор.

— Все хорошо! Все нормально! — отвечал я, пытаясь избавиться от его липкого внимания. Шли последние контрольные мгновения.

— Давайте я вас в больницу отвезу.

— Не надо.

— Ну давайте, а вдруг у вас что-то повреждено? — подскуливал виновник наезда. — Я не хочу рисковать вашим здоровьем… — и вдруг почти неслышно и очень убедительно над самым ухом. — Поехали! — и снова заохал, заахал, запрыгал вокруг меня.

И я все понял!

Хромая и морщась от боли, я проковылял к машине, упал на заднее сиденье.

Зеваки расходились.

— Не теряйся! Выдои клиента как следует! Он твой! — крикнул вдогонку какой-то доброхот-парень, многозначительно потерев палец о палец.

Машина тронулась с места.

— До травмпункта у нас 4,5 минуты, — сухо сказал водитель, — поэтому слушай внимательно.

Я был потрясен. На моих глазах рушились все правила и нормы конспирации много лет вдалбливаемые в мою неразумную курсантскую башку.