Обет молчания

Куда теперь тебя девать? С должности Посредника?

Трудный вопрос, безнадежный.

Если по логике — путь один. Рано или поздно кто-нибудь, не специально, а как-нибудь ненароком, случайно, вдруг остановится, хлопнет тебя по плечу и закричит: «Не узнаешь?!» Потому что сам — узнаёт. Вернее, опознает.

А ты человек с другим именем и биографией. А у него счёты к тебе, с того ещё времени. И он, в отличие от остальных, знает, кто ты. И вовсе не тихий слесарь-сантехник из местного ЖЭКа, а тот незнакомец, что приходил к Хозяину. А после порубал лопатой его приятелей и чуть президентский «борт» не завалил.

И потянется опасная ниточка. Которую придётся рубить. И лучше не потом, а теперь. Пока ещё не случилось внезапных встреч. Такова логика. Таковы правила. Если тебя можно узнать в лицо, значит, о тебе можно что-то узнать! И не только о тебе!

Нет выхода у Куратора, если по правилам, если не подставляться самому. Следующий в списке — он. Вот оно — его лицо, которое можно опознать и описать. Составить фоторобот. Не могут цепочки быть длинными. Очень короткие цепочки в их организации — буквально несколько звеньев. А если больше, то какое-то одно надо убирать…

— Сейчас поедем в одно место. Поживёшь там до принятия окончательного решения. Твой приятель пройдёт по всем контактам. Возможно, сможет оборвать их.

Сергей… Но это вряд ли. Много было контактов. Очень много! И были такие контакты, которые без санкции Первого не выбить. Проще выбить его. Они посмотрят, подсчитают … И примут решение. Самое рациональное.

— Подготовь отчёт по всем позициям для возможной передачи…

И это понятно. Готовь документы для сменщика. То есть даже просто уйти нельзя, а нужно потрудиться на благо… И — надо. Ведь не зря же он там…

— Вопросы?

Ну, какие вопросы, когда на них заранее известны все ответы.

— Правила знаешь?

— Знаю.

— Держи повязку.

Надвинуть на лицо, по самый подбородок двойную шапочку сквозь неё даже солнце в упор не увидеть.

Потрогал. Проверил. Подтянул, чтобы без обмана. Хотя какой тут может быть обман?

Хотел бы уйти — ушёл! Шарахнул Куратора по голове, выкинул из машины и покатил, куда глаза глядят. Только куда они глядят? Некуда им глядеть. Нет в этой стране у него пристанища. Нет логова, где можно было бы пересидеть, переждать. Он может спрятаться, но кто спрячет его близких? Мать, отца? И его «консервную» семью, которая всё равно семья! Да и самого его найдут, рано или поздно — найдут, хоть всю страну перевернут.

Нет, не спрятаться ему, не шарахнуть по темечку, не уйти. Что Куратор понимает и потому спокойно подставляется затылком.

Поворот… Поворот… Зачем их считать, ведь бежать он не собирается? Просто по привычке… Сколько они едут? Сколько проехали? Не важно… Для него — не важно.

Остановились. Запахи и звуки леса.

— Пошли.