Обещанная проклятому дракону (СИ)

Можешь возвращаться в дом, я разберусь, — в глазах дракона мелькнула решимость пополам с чем-то пугающим.

Дэйгон злится?

Да нет, он, похоже, в гневе!

Мамочки, как же страшно!

Тёмные брови дракона нахмурились, образовав на лбу пару глубоких морщин. Глаза угрожающе сузились, излучая холодную ярость. Крепко сжатые губы образовали тонкую прямую линию, челюсть напряглась, а желваки заходили под кожей.

— Господин Россэр, я никому не говорила, что живу у вас. Честно! — пролепетала заплетающимся языком, боясь, что Дэйгон сейчас взорвётся и выплеснет на меня всё своё раздражение.

И будет прав: Лукаш изрядно потреплет ему нервы, и спокойный вечер будет напрочь испорчен.

А всё из-за меня.

— Не смей, — грозно прорычал дракон, излишне резко разворачивая меня к себе лицом.

Задрожав, я опустила глаза, боясь встретиться с его сердитым взглядом. Внутри меня всё сжалось от предчувствия чего-то нехорошего, и я была совершенно не готова к внезапному разбору полётов.

— Не смей ни в чём себя винить и упрекать, — безапелляционно отрезал господин Россэр. Его плечи были так напряжены, а руки сжаты в кулаки, что на секунду показалось, будто он увеличился в размерах и одним небрежным жестом превратит поганого отчима в лепёшку.

— А? — пискнула я, не веря своим ушам.

— Бэ, — мрачно хохотнул дракон и неожиданно взъерошил мне волосы на макушке. — Стой здесь и не смей ходить за мной. Сам разберусь.

Ошеломлённая, сбитая с толку, я упрямо пыталась сдуть волосы, упавшие на лицо, вместо того, чтобы убрать их за уши. Это что сейчас было?

Всё, что я могла — беззвучно разевать рот и смотреть, как Дэйгон решительно идёт в сторону особняка, вбивая низкие каблуки ботинок в посыпанную гравием дорожку.

— Что сейчас будет! — застонала я, вытаптывая траву на крохотном пятачке, когда дракон скрылся за поворотом. — Может, мне пойти следом? Хотя нет, господин Россэр запретил покидать сад. Да и, в конце концов, он большой, сильный и властный. Смерит жутким взглядом Лукаша, а ещё лучше, если чешую с клыками покажет.

Понемногу страх отступал, сменяясь тревожным волнением. Отчим хоть и скор на расправу, но только с теми, кто заведомо слабее, вроде моей мамы.

Да и чем он может угрожать королевскому советнику?

Начнёт орать? Ругаться? Топать ногами?

— Всё будет хорошо! — преувеличенно бодро воскликнула я, и тут же скисла, поняв, как же фальшиво звучит мой голос.

Вытянула руки перед собой: пальцы мелко тряслись, а на тыльной стороне ладони выступила предательская влага.

— Может, подобраться поближе? — прошептала, оглядываясь вокруг себя. — А как закончится разговор, я успею вернуться на это же место.

Сделала несколько шагов по траве, чтобы не выдать своё приближение хрустом мелких камней, но что-то заставило меня остановиться.