Обещанная проклятому дракону (СИ)

Как только мы вернулись в карету, дракон принялся вводить меня в курс дела:

— По приезду я выделю тебе гостевую комнату для проживания, но сначала ты подпишешь договор найма сотрудника. Во избежание различного рода эксцессов.

Вместо того, чтоб насторожиться, я, наоборот, порадовалась. Договор — это прекрасно. Он защитит меня от нештатных ситуаций и придаст нашим отношениям деловую окраску. Только не забыть прочитать мелкий шрифт. Там, обычно прячут всякие каверзы.

— Ещё обговорим размер оклада, премию за отличную работу, — будничным тоном продолжил Россэр. — Затронем тему штрафов. Питание и проживание за мой счёт. А, да, ещё…

Он умолк, выразительно глядя на моё скромное платье. Под его взглядом мне стало неловко. Срочно захотелось поплотнее запахнуть курточку, но я боялась, что он не так меня поймёт."

"— Мда, — выдохнул дракон. — Вообще, никуда не годится. Завтра едем в салон готовых платьев, мой помощник не должен ходить в обносках.

— Знаете, что? — обиделась я. — Никакие это не обноски.

Да, платье простое, старое, не из модного бутика в центре столицы. Но оно целое и невредимое. Ни разу не подшивалось и краски не выцвели.

— Запрет на споры будет внесён в договор дополнительным пунктом, — отрезал дракон, показывая всем своим видом, что тема закрыта.

— А запрет на высмеивание моего внешнего вида? — не осталась в долгу, сурово глядя на этого заносчивого сноба.

— Красивая девушка должна выглядеть достойно, — Дэйгон остался невозмутим как скала, а я прикусила язык, понимая, что он загнал меня в угол. — Твой отчим напрашивается на серьёзный разговор. Нельзя держать бриллиант в сарае.

Это я бриллиант?

Вершинки моих ушей предательски припекло от неожиданного комплимента. Только что он назвал меня красивой, так может, я имею право хоть раз надеть что-то достойное, дорогое?

Меня и так всю жизнь одевали в обноски. Сначала я донашивала за соседскими детьми. Им покупали новое, а мне давали то, что не жалко. Девчоночье, мужское, маленькое, большое. Отчим брал всё, а чуть что — попрекал тем, что он меня одевает, обувает, а я, тварь неблагодарная, всем недовольна.

Позже, я уже стала сама шить вещи, пуская в ход старые мамины платья. Ткани от времени быстро приходили в негодность, нитки, бывшие в употреблении, рвались, но я не позволяла себе выглядеть неопрятно.

Единственное платье, что сейчас на мне, я приобрела на деньги, скопленные от подработок. В академии постоянно требовались помощники на чёрную работу. Я собирала мусор, полола клумбы, мыла полы, и, получив заветную сумму, заказала его у соседки-швеи.

За что отчим устроил мне разнос и посадил на два дня в чулан. Потому что потратила их на себя, а не отдала ему — главе семьи.

Два дня без крошки во рту, но мне было не жаль.