Кровавые обещания

Мне приходилось читать о наркоманах, о том, как тяжко приходится тем, кто отказывается от алкоголя или запрещенных наркотиков. Я однажды даже стала свидетельницей того, как «кормилец» сошел с ума, когда ему пришлось оставить свое служение. Он стал слишком стар, и посчитали, что продолжать давать кровь мороям рискованно для его здоровья. Я в изумлении смотрела, как он умолял, чтобы ему позволили остаться, как клялся, что готов рисковать. Я знала, что здесь работает эффект привыкания, но все равно не могла понять, почему это так много значит для него, что он готов рисковать своей жизнью. Теперь осознала.

Час проходил за часом, и, клянусь, я рискнула бы жизнью ради нового укуса. Это был своего рода каламбур – если бы я позволила еще раз укусить себя, то точно рисковала бы жизнью. Теперь я не сомневалась, что, если разум мой затуманится снова, я приму предложение Дмитрия. Однако с каждым мучительным мгновением без эндорфинов мысли мои прояснялись все больше. Ох, мне еще предстояло пройти долгий путь, чтобы совсем освободиться от вампирских эндорфинов. Когда нас в Спокане захватили в плен, стригои использовали Эдди как источник крови, и прошло немало дней, прежде чем он полностью оправился. С каждым проходящим мгновением я все лучше осознавала, как важно для меня оставаться без укусов и дальше. Правда, физически легче мне от этого понимания не становилось.

Зато мои проблемы вырисовывались весьма отчетливо. Похоже, так или иначе я обречена стать стригоем. Дмитрий хотел обратить меня, чтобы мы составили вампирский вариант Бонни и Клайда. Натан хотел обратить меня, чтобы захватить Лиссу – и убить обеих. Пожалуй, предложение Дмитрия предпочтительней, но ненамного. Теперь нет.

Вчера я решила бы, что перспектива стать стригоем не так и ужасна. Но сегодня я осознала весь ужас пробуждения и прежнее восприятие вернулось. Мне предлагали, по сути, самоубийство, я могла продолжить свое существование как порождение зла. Правда, с Дмитрием. Вот только Дмитрий не очень-то походил на себя. Или все же он остался во многом прежним? Все так сложно. Я снова напомнила себе, что он говорил давным-давно – как ни походил стригой на того человека, которого я знала, он им не был. Однако нынешний Дмитрий уверял, что ошибался.

– Чертовы эндорфины. Они как наркотики… – простонала я, спрятав лицо в ладонях.

Я сидела на кушетке, телевизор бубнил в качестве фона. Прекрасно. Я уже разговариваю сама с собой.

Предположим, я смогу избавиться от воздействия Дмитрия, от этого одурманенного состояния… ну и?.. Я снова оказывалась перед первоначальной дилеммой. Нет оружия, чтобы сражаться со стригоями. Нет оружия, чтобы убить себя. Я полностью отдана на их милость, правда, сейчас ближе к тому, чтобы затеять приличную драку.