Кровавые обещания

Исайя, стригой, захвативший меня в плен, был очень стар и просто излучал силу. Эта женщина была стригоем не так давно, но я ощущала, что она старше Дмитрия и гораздо сильнее.

Она сказала ему что-то по-русски, голосом таким же холодным, как ее красота. Дмитрий ответил, уверенно, но вежливо; пару раз в их разговоре упоминалось имя Натана. Протянув руку, Дмитрий помог мне встать. Я почувствовала неловкость оттого, как часто теперь нуждалась в его помощи, а ведь раньше была почти наравне с ним.

– Роза, – представил он, – это Галина. Это она позволила тебе оставаться здесь.

Никакой доброты в лице Галины я не увидела. Оно вообще было лишено эмоций. Возникло ощущение, будто она в состоянии заглянуть мне в душу. Я, конечно, не понимала многого из того, что происходило вокруг, но одно не вызывало сомнений – мое длительное проживание здесь было явлением редким и, безусловно, временным. Я сглотнула.

– Спасибо, – произнесла я по-русски.

Я не знала, как сказать, что рада нашей встрече – и, честно, вовсе не была уверена, что так уж рада, – но решила, что простой благодарности будет вполне достаточно. Если она была когда-то инструктором Дмитрия и училась в нормальной Академии, то, скорее всего, знала английский и просто притворялась, как Ева. Я не имела понятия, зачем ей это, но если вы в состоянии сломать юной дампирке шею, то имеете право делать в ее присутствии, что пожелаете.

Выражение лица Галины – или, точнее, его отсутствие – не изменилось после моего «спасибо», и она снова переключила внимание на Дмитрия. Он пару раз указывал в мою сторону – они явно обсуждали меня. Я узнала слово «сильная».

В конце концов Галина закончила разговор и удалилась, не попрощавшись. Мы с Дмитрием не шевелились, пока моя тошнота не исчезла.

– Пошли, – сказал он. – Пора возвращаться.

Мы снова двинулись по лабиринту, я понятия не имела, как Дмитрий ориентируется в поместье. Едва оказавшись здесь, я мечтала о том, чтобы вырваться наружу и сбежать. Теперь это потеряло смысл. Другое дело – гнев Галины.

– Что она сказала? – спросила я.

– Ей не нравится, что ты все еще здесь. Она хочет, чтобы я пробудил тебя или убил.

– Ох! Ммм… И как ты поступишь?

Несколько мгновений он молчал.

– Подожду еще немного, а потом… сделаю выбор за тебя.

Он не пояснил, какой именно, и я чуть не начала молить его лишить меня жизни, а не делать стригоем. Но вместо этого внезапно спросила:

– Немного – это сколько?

– Недолго, Роза. Ты должна сделать выбор. Правильный выбор.

– То есть?

Он вскинул руки.

– Все целиком. Жизнь вместе.

Мы вышли из лабиринта. Я посмотрела на дом – снаружи было видно, какой он громадный, – и на прекрасный сад вокруг. Словно видение из сна.