Обещаю, больно не будет (СИ)

Сюрприз!

Чертыхается, дёргает за ручку снова и снова, даже пытается крутить завёртки. Пинает дверь и приглушённо что-то бубнит на непереводимом, но однозначно запрещенном цензурой.

Разворачивается. Зло топает обратно.

А я предвкушаю!"

"— Ну ты прям мегамозг, как я посмотрю, — поджимает губы и кривится, давая мне понять, до какой степени я ей неприятен в этот момент.

Такая равнодушная. Такая чужая. Вот только я в это не верю!

— Спасибо, что оценила, конечно. Но это я должен делать тебе комплименты, а не наоборот, — тихо и миролюбиво отвечаю я, принимая абсолютно непринуждённый вид. Хотя внутри меня нереально разматывает.

Я делаю шаг и присаживаюсь на спинку дивана, складывая руки на груди. И улыбаюсь, в ожидании того, что же будет дальше.

Что именно? Уже неважно. Главное, что будет.

Истомина хмыкает и принимается рыться в сумке, но я-то вижу, насколько выбил её из колеи. Как судорожно она принялась покусывать нижнюю губу. Я знаю — это нервы. И страх проиграть мне.

От этого понимания в кровь бешеной дозой впрыскивается адреналин. Меня ведёт не по-детски. За рёбрами бомбит праздничный салют, а всё тело гудит как под напряжением. Магия какая-то...

— Ну чего ты зразу за телефон-то схватилась, Вероника? Может, поболтаем чуток для приличия.

— Для приличия? — смеётся Истомина, качая головой, а сама уже принимается жать на кнопки.

— И кому звонишь?

— В полицию.

— А что случилось? — неторопливо поднимаюсь я со своего насеста и делаю пару шагов в её сторону, ощущая, как встают все волоски на моём теле. Меня прошивает током. И чем ближе к ней, тем сильнее.

— Да ничего, в общем-то, Ярослав, кроме того, что ты меня незаконно удерживаешь в этой квартире. Знаешь, сколько дают сейчас за подобное?

— Сколько? — ещё шаг навстречу. Да!

— Много!

— И даже поцелуй?

— Боже, ты идиот, — закатывает глаза и снова жмёт на кнопки. Хмурится.

— Я помню, какого это было — целовать тебя, Вероника. Жарко. Сладко. И сердце навынос...

— Заткнись! — отмахивается она от моих слов, словно от назойливой мухи. — Какого чёрта? Что со связью?

— Её нет. И не будет.

— Что?

— Зато есть я. И ты...

— Басов, прекращай! — неожиданно рявкнула Истомина и толкнула меня в грудь двумя руками, когда я приблизился к ней слишком близко, нарушая зону её комфорта.

Не хотел. Просто потянуло магнитом.

— Это уже не смешно!

— Не смешно было два дня назад, когда ты пыталась развести меня, как конченного лоха, Вероника, — фыркнул я, а затем развернулся и направился в сторону кухни, чтобы закончить с последними приготовлениями: заправить салат и откупорить вино.

— Алё, Ярослав! Я тебе ничего не обещала.

— Я пригласил тебя в ресторан, и ты согласилась.

— Единственное, на что я согласилась, так это пойти туда. Я не уточняла, с кем именно сделаю это.