Обережник

Молодцов против воли улыбнулся.

– На нём кровь нашего брата, – как обухом по голове ударили слова Клека. – Смоём её.

Улыбка Молодцова превратилась в оскал:

Держа меч за рукоять, Молодцов сбросил ножны на пол. Его оружие оказалось каролингским мечом длиной чуть меньше метра. Кончик закруглённый, но заточенный, как и вся первая половина клинка. Что ж, хорошая вещица.

Данила сдвоил меч и щит, дал рукам отдохнуть, а сам застыл в ожидании атаки.

От первого копья, прилетевшего в окно, Данила уклонился. Второе смог поймать Клек, в который раз отправив обратно. К ним приближалась тройка викингов: панцири, щиты, копья, всё как положено, движения сыгранные, будто не трое людей к ним бегут, а единый механизм из хорошо подогнанных друг к другу деталей.

Копьё вылетело вперёд-назад, как язык змеи, топоры дружно ударили наискось. Данила принял удар на щит с отводом. Добавил мечом по древку и сразу длинный выпад в лицо врага. Ага!.. Не понравилось, прикрылся щитом. В ответ – удар топором сбоку, почти параллельно земле. Жёсткий блок мечом, с доворотом корпуса, и опять резкий выпад в подмышку. Молодец! Викинг отразил атаку, причём не щитом, а, резко дёрнув руку назад, древком секиры. Хотел ударить щитом, но помешал косяк окна.

Данила же на обратном движении чиркнул ему мечом по перчатке, едва ли кожу просёк, но первое касание было его.

«А мечом, оказывается, работать классно», – восторженно подумал он, ни на долю секунды не отвлекаясь от боя.

Викинг выбросил вперёд секиру, как копьё, вытянутое треугольное лезвие вполне могло проломить щит и прободить грудь. Данила выставил вперёд щит, поставив его чуть под углом, лезвие проехалось по выпуклой поверхности, топорище секиры высунулось над верхним краем щита.

«Если вырез секиры зацепится за кромку щита, этот бык меня просто вытащит наружу», – понял Молодцов за доли секунды.

Осталось принять решение, как этого избежать за оставшиеся мгновенья. Сбросить, сбить оружие врага не было возможным – рука почти не работала. Бросить щит тоже не получилось бы из-за перевязи на шее. Оставалось…

Данила поступил как рукопашник, точнее даже как боксёр. Резко ушёл в низкую стойку. Успел в нужный момент. Нурман резко дёрнул своё оружие назад и сам потерял равновесие.

Данила распрямился как пружина, тут же атаковал (враг закрылся щитом), краем глаза увидел, что в Клека, отбивавшегося всё это время сразу от двоих викингов, очень вовремя бьют копьём. Он даже не стал бить мечом, всё равно замахнуться не было времени, а лишь выпрямил руку до конца и чуть повернулся всем телом.

Нурман-копьеносец буквально сам напоролся на последнюю четверть клинка. Кровь из-под кольчужной перчатки так и брызнула.