Оберег от испанской страсти

Остальные сотрудники вот-вот на пенсию пойдут. Молодых калачом в наше отделение не заманишь. Убирайся из моего дома, да поостерегись глупость болтать. Я могу твоему руководству жалобу на тебя, идиота, написать.

— Если она и вас укокошит, потом не плачьте, — сказал начальник отделения милиции, — ваша Аня злая, еще в магазине ворует. Люди так говорят. С ней никто общаться не хочет.

Регина выгнала его и ничего никому не рассказала о его визите.

Вскоре после описанных событий Аня сказала матери:

— Хочу продать дом, сад бабушки и уехать в Москву учиться пению. Аттестат я получила, деньги на жилье и оплату института от наследства будут.

— Через мой труп в столицу отправишься, — резко ответила мать, — выкинь эту дурь из головы. Будем дом сдавать.

Потом она опомнилась и решила смягчить отказ:

— Доченька, тебе только-только восемнадцать стукнуло, я волнуюсь. Как ты одна в огромном городе справишься? Иди учиться в педагогический в Головине, до него десять минут езды на автобусе. Останешься жить со мной, ничего с тобой дурного не случится.

Аня молча ушла.

Глава 16

Катя замолчала, усмехнулась и взглянула мне прямо в глаза.

— Знаете, как Анька поступила? Регина Львовна всегда в годовщину смерти мужа людей собирала. И в тот год гостей пригласила Григория Петровича помянуть. Мы с Риа накануне этой даты резали салаты на поминки. Аня, спокойная, молча ножом колбасу на «Оливье» крошила. В десять вечера она сказала:

— Устала я.

Регина ей:

— Иди, солнышко, поспи, завтра день непростой, годовщина папиной смерти.

Анька потопала в свой домик. Утром в восемь мы все собрались на кладбище ехать, девчонки нет. Я хотела за ней пойти, побоялась, что на автобус опоздаем, но Регина сама за дочкой пошла.

Минут через десять вернулась, лицо синее, как снятое молоко.

— Едем без Анечки, она заболела.

Когда домой с погоста вернулись, Регина нам с Риа сказала:

— Нюша уехала в Москву учиться. Все хорошо, диплом получит и вернется к нам.

Про записку злую, которую «добрая» дочурочка оставила, мы не сразу узнали. А через полгода в бабушкину избу семья въехала, Анька продала свое наследство. Вот я совершенно уверена: прав был начальник милиции! Анна всех отравила! Мечтала в столицу перебраться и оказалась где хотела.

— Нельзя обвинять человека на основании слухов, — остановила Катю Регина, — никто из врачей не удивился смерти бабушки. Она была пожилая, больная. Леня… ну… брат мой, хороший человек, но слабый. Страдал алкоголизмом. Пьяницы редко до старости доживают. Увы. А начальник отделения милиции, который приходил и гадостей наговорил про Анну, хотел получить взятку.